?

Log in

No account? Create an account
  А давайте-ка про жену Ивана Грозного, раз уж обещал. Тем более, что накраплено следов на выксунской карте. Царицин луг, царицино, Виля-выла. Явно не от безделья появились в народе эти залегендированные топонимы. Так было или не было и что это дает?
  В истории с царицей, молва о присутствии которой на нашей земле будоражит Выксунские умы, точка не поставлена. Мария Нагая. Последняя жена Ивана Васильевича IV Грозного. С детства кружилось вокруг меня сказание, что сослали в монастырь на Выксе жену Грозного царя. В отрочестве, почитав об Иверской обители, сопоставил даты и сделал «открытие». Врет легенда! С этим жил много лет.
 Ну, а сейчас, в свете новых знаний о монастыре Пречистой Рязанской на Выксунской земле, все смотрится несколько иначе. И, конечно же, необходим экскурс в конец XVI начало XVII века.
 Мария Федоровна Нагая- шестая жена Ивана Грозного. Дочь окольничего Фёдора Фёдоровича Нагого-Федца. Ее дядей был русский посол в Крыму, дипломат и близкий приближенный царя Афанасий Нагой, что и способствовало браку. Замуж вышла в 1580 году, оказавшись 6-й женой царя, то есть незаконной по церковному праву. Ее единственный сын Дмитрий Углицкий, третий из выживших детей царя Ивана, родился на следующий год, 19 октября 1582 года.
 После смерти мужа в 1584 году и восшествии на престол его единственного оставшегося в живых сына от первого брака Фёдора Иоанновича была регентским советом вместе со своим сыном и братьями удалена на житьё в Углич. Царевич Дмитрий получил Углич в княжение.
 Джером Горсей, английский дипломат, проживавший в то время в России, пишет, что «царицу сопровождала разная свита, ее отпустили с платьем, драгоценностями, пропитанием, лошадьми и проч.- все это на широкую ногу, как подобает государыне».
 Вместе с ней и сыном из столицы удалили весь род. Решение выслать Нагих из Москвы, вероятно, было принято всей Думой, опасавшейся их акций в пользу младшего брата Федора царевича Дмитрия. При царице Марии  в Угличе состояли отец Федор, дядя Андрей и братья Михаил и Григорий Федоровичи.
 И вот уже новый царь запретил духовенству поминать царевича Дмитрия из-за его незаконнорожденности. А 15 мая 1591 года при таинственных обстоятельствах мальчик, являвшийся следующим претендентом на трон после царя Федора, погиб. В Угличе начались беспорядки, в которых частично была виновата и царица — когда ребёнок умер, она выбежала со двора, увидела случившееся, начала бить мамку поленом и объявила виновными нескольких людей, которых убила толпа.
«За недосмотрение за сыном и за убийство невинных Битяговских с товарищи» Нагая была пострижена в монахини под именем Марфы. Её братья за небрежение к ребёнку были заточены в темницу.
  И вот тут, как пишет Википедия: Относительно монастыря сведения разнятся — упоминаются нелокализуемые Судин монастырь на Выксе вблизи Череповца или Николовыксинская пустынь. То есть, до настоящего времени это точно не установлено.
Занимался присутствием Марии Нагой на наших землях наш краевед Л.Шестеров. К сожалению, особых успехов не достиг. Его поездка в Череповец, где музейные работники ответственно заявили о причастности к истории последней жены Грозного Николо- Выксинской пустыни, поставила точку в его исследованиях этой темы. А жаль. Исследования эти необходимо было продолжать.
 Что мы имеем? Македонская Н.М., составитель церковно исторического атласа тех мест, в статье «Выксинский Николаевский монастырь» пишет: «Выксинский Николаевский женский, а затем мужской монастырь. Азарьева Выксинская мужская пустынь. Находился на северном берегу озера Выксино, образованного расширением речки Выксины, вытекающей из болота и впадающей в Шексну справа. В настоящее время территория Выксинского прихода затоплена водами Рыбинского водохранилища». Это на территории современной Вологодской области.
     Конечно же стоит обратить внимание на некоторое различие в названиях. Мерянское Выкса- поток уносяший воду из озера- прижилось и на нашей земле и на Череповецкой, что соответствует местности обитания этой угро-финской народности. Только у нас это название осталось тысячи лет нетронутым и по имени речки теперь зовется город, а там  и озеро Выксино, и речка Выксина, и монастырь Николо-Выксинский. Справедливости ради необходимо отметить, что и у нас в историю вклинились непонятные Выксуны. Большой и Малый. Но если внимательно посмотреть на карту с этими названиями понимаешь, что Большой Выксун через пятьдесят- семьдесят лет стал Сержантовкой, а Малый- Дегтевкой. И являлись они притоками- ручьями  речки Выксы. Отсюда и название.
 Сразу необходимо оговориться, что документально «женский» период Николо-Выксинского монастыря не доказан. Да и с названием не все в порядке. Обращаю ваше внимание, что постоянно используемое по отношению к этому монастырю слово пу́стынь,  имеет свое значение. Пустынь– «монашеское поселение в традиции православия, обычно удалённый от основного монастыря скит, располагавшийся в незаселённом людьми месте. Прежде пустынями называли небольшие мужские монашеские общины, имевшие обычно не более одного храма. В дальнейшем такой монастырь мог значительно вырасти в размерах, но сохранить в своём названии слово пустынь». Все- таки мужское поселение.
Опять же Македонская Н.М. о монастыре и Марии Нагой: «Инокини сочувствовали страдалице, старались облегчить жизнь её в обители. В наказание по велению Бориса Годунова монахинь разогнали, обитель стала мужской с 1605 года. Управляли монастырем игумены и строители. Строев Павел даёт их имена, начиная с 1628 года. В конце 17 века Выксинская мужская пустынь - приписная пустынь Череповского Воскресенского монастыря. В начале 18 века к Выксинскому монастырю приписана Досифеева Троицкая пустынь.»
Давайте повнимательнее присмотримся к факту разгона обители Годуновым и последующему, почти мгновенному переформатированию. Какая-то сложная схема и не соответствует эпохе совершенно.
После смерти Бориса Годунова 13 апреля 1605 года и торжественного вступления Лжедмитрия в столицу 20 июня, для окончательного утверждения нового царя требовалось признание его царицей, инокиней Марфой. В Николо-Выксинскую пустынь (разогнанную Годуновым?) за ней был послан знаменитый впоследствии князь Михайло Васильевич Скопин-Шуйский. Он привез ее в Москву 18 июля. Марфа была помещена в Вознесенском монастыре, куда будущий царь ездил к ней каждый день. То есть, женский монастырь, где томилась инокиня Марфа, Годуновым разогнан не был и продолжал существовать через три месяца после его кончины. Такие вот, совершенно не сложные математические подсчеты.
Еще один факт. Документальная летопись монастыря ведется с 1628 года. Что мешало это сделать с 1605 и ранее? Почему сохранились только сведения, касающиеся мужского периода этого монастыря?
Ну очень много вопросов к Череповецким хранителям истории. И чем больше к ним вопросов, остающихся без ответа, тем выше вероятность того, что Мария Нагая была заточена в монастыре Пречистой Рязанской на Выксе. То есть в наших местах и легенда имеет реальную основу.
  В  качестве подтверждения этого я бы предложил еще и часть истории «сына» Марии Нагой. Ну не мог правящий клан, пришедший на смену Ивану Грозному, допустить нахождения у себя под боком в Угличе еще одного наследника, да еще и с матерью, принадлежащей известному роду, который мог оказать ей поддержку, в случае спора за власть. Совершенно ясно, кто выгодоприобретатель от смерти девятилетнего царевича. Материалы Угличского дела широко представлены в открытых источниках, и, поэтому, занимать ваше время не буду. По официальной версии мальчик, во время игры в ножички, от приступа «падучей», возможно эпилепсии, так ткнул себя ножичком, что почти сразу отдал Богу душу. Был похоронен. Мать, за недосмотр, в монахини, ближнюю родню репрессировали. Все складно. Да не совсем. В результате этого укрепилась оппозиция действующей власти. Как вы думаете, простила ли убийство единственного сына Мария? А вся родня, лишенная власти и богатства? А не было ли недовольных во времена правления Годунова? Да конечно же были. И как результат- появление на сцене ожившего сына Марии Нагой. Дмитрия. Лжедмитрия, как его называют историки. У меня вопрос. Мог ли в одиночку монах расстрига, ставший Лжедмитрием, провернуть операцию по захвату власти в России? Однозначно нет.
     Григо́рий Богданович Отре́пьев - монах, дьяк Чудова монастыря в московском Кремле. Отрепьев принадлежал к небогатому роду Нелидовых, один из представителей которого, Давид Фарисеев, получил от Ивана III нелестную кличку Отрепьев. Отец Юрия, Богдан, имел поместье в Галиче Костромской волости. Доходов, вероятно, не хватало, так как Богдан Отрепьев вынужден был арендовать землю у Никиты Романовича Захарьина (деда будущего царя Михаила), чье имение находилось тут же по соседству. Погиб он очень рано, в пьяной драке, зарезанный в Немецкой слободе неким «литвином», так что воспитанием сыновей занималась его вдова.
   Юрий ребенком оказался весьма способным, легко выучился чтению и письму, причем успехи его были таковы, что решено было отправить его в Москву, где он в дальнейшем поступил на службу к Михаилу Никитичу Романову. Здесь он опять же показал себя с хорошей стороны, и дослужился до высокого положения — что едва не погубило его во время расправы Годунова с «романовским кружком». Спасаясь от смертной казни, он постригся в монахи в том же монастыре Железный Борок под именем Григория. Однако, простая и непритязательная жизнь провинциального монаха его не привлекала, часто переходя из одного монастыря в другой, он в конечном итоге возвращается в столицу, где по протекции своего деда Елизария Замятни, поступает в аристократический Чудов монастырь.
 Грамотного монаха вскоре замечает архимандрит Пафнутий, затем после того, как Отрепьев составил похвалу московским чудотворцам, он делается «крестовым дьяком» — занимается перепиской книг и присутствует в качестве писца в государевой Думе.  Именно там, если верить официальной версии, выдвинутой правительством Годунова, будущий претендент начинает подготовку к своей роли. Сохранились свидетельства чудовских монахов, что он расспрашивал их о подробностях убийства царевича, а также о правилах и этикете придворной жизни. Позже, опять же если верить официальной версии, «чернец Гришка» начинает весьма неосмотрительно хвалиться тем, что когда-нибудь займёт царский престол. Похвальбу эту ростовский митрополит Иона доносит до царских ушей, и Борис приказывает сослать монаха в отдалённый Кириллов монастырь, но дьяк Смирной-Васильев, которому было это поручено, по просьбе другого дьяка Семёна Ефимьева отложил исполнение приказа, потом же совсем забыл об этом, пока неизвестно кем предупреждённый Григорий бежит в Галич, затем в Муром, в Борисоглебский монастырь и далее — на лошади, полученной от настоятеля, в Речь Посполитую, где и объявляет себя «чудесно спасшимся царевичем».
 Заметьте, что бегство это подозрительно совпадает со временем разгрома Годуновым оппозиции, так называемого «романовского кружка». Видимо Отрепьеву, все-таки покровительствовал кто-то кроме дьяков, достаточно сильный, чтобы спасти его от ареста и дать время бежать. Сам Лжедмитрий, будучи в Польше, однажды оговорился, что ему помог дьяк Василий Щелкалов, также подвергшийся затем гонению от царя Бориса. Дьяк-то, конечно, помог, но это фигура явно мелка для верхушки организаторов процесса, если уж настоятель монастыря озаботился и помог с транспортом, то есть с лошадью. А теперь давайте посмотрим на карту перемещений Отрепьева в период перед присвоением облика убиенного царевича Дмитрия.
дх5.PNG
Странный какой-то маршрут бегства. Если уже и рванул в Галич с большого испугу, то зачем дальше-то искушать судьбу? Севернее, севернее в обход Москвы и в Польшу. А здесь понадобилось посетить Борисоглебский монастырь в Муроме и только потом через Москву к польским союзникам. Кстати, в сорока километрах от Галича есть село Домнино. Вотчина Романовых. И не от испуга он побежал туда и не прятаться. Так же и с Муромом.
    А не в том ли причина, что от Борисоглебского Муромского монастыря до монастыря Пречистой Рязанской на Выксе можно дойти за день пешком? А там матушка убиенного царевича, чей облик должен был принять Отрепьев. Как же без нее, без ее благословения на эту операцию. «Опознать» в Отрепьеве сына должна была она. Как и случилось позднее.
    18 июля 1605 года она имела торжественный въезд в Москву, где признала Лжедмитрия I своим сыном. В столице, как уже писал, она поселилась в кремлёвском Вознесенском монастыре, где согласно обычаю принимала Марину Мнишек в бытность её царской невестой.
   И вот здесь… Бинго! Роду Нагих, как «родственникам» царя, возвратили свободу, чины и имущество. Члены семьи Нагих принимали активнейшее участие в свадьбе своего «племянника».
   Что же получается? «Иная летопись» и другие исторические документы утверждают, что Мария Нагая в 1591 году была заключена в монастырь «на Выксе», где и находилась до июля 1605 года. В это время Николо-Выксинской пустыни под Череповцом не было и документальное начало ее существования связано с 1628 годом. И слава Творцу, отсутствие одних документов восполняется наличием других.
    Ну что же, к начатой временной линейке истории монастыря Пречистой Рязанской добавляем следующие даты. 1591-1605 годы. Что же получается?  В 1636 году наш старый монастырь уже был. Описан Адамом Олеарием. В 1706 году он еще был. Доказательство- сборная карта Московии. В 1778 году его уже нет, но собственность на землю осталась за Православной церковью. В 1864 году на этом месте начинается строительство нового монастыря. Воскресший уже по правильным церковным канонам, он был назван в честь Иверской божьей матери. Немного ранее, в 1765 году, рядом с пустырем, оставшимся после монастыря, Баташевыми начато строительство Верхневыксунского завода, первого на Выксунской земле, и, странным образом, никакие постройки, подтопления прудом, прокладка дорог не коснулись церковных земель. Конечно не мистика. Просто заводчики чтили чужую собственность, границы которой были четко оформлены.
    1 июня 2016 года епископ Варнава, не тот, который из прошлого, а нынешний руководитель нашей епархии, историк по первому образованию, сказал: «Тема, безусловно, интересная и заслуживает внимания. Во главу угла надо ставить вопрос первоисточников: насколько они правдивы, насколько дают объективную картину. Выводы мы можем сделать лишь тогда, когда имеем не одно свидетельство. Что монастырь был- карта показывает явно. Почему нет? Ведь понятно, что в свое время промышленники Баташевы приехали не на пустое место». Далее о необходимости археологических раскопок, результатом которых должны быть материалы, подтверждающие наличие именно культовых построек, а не «плошек из крестьянской избы». И тут же речь чиновницы из управления культуры администрации округа о трудностях организации подобных исследований. Коллеги из общественного совета по сохранению культурного наследия нашего округа-района как-то промолчали, тема-то не изучена, и не стали обозначать собственных мнений за состоявшимися выступлениями приглашенных.  Наступила тишина.
   А за всеми этими речами-разговорами, многозначительным молчанием, есть у нас и материальные подтверждения отметочек на временной линейке. Деньги. Вот что поможет. Не современные хрустящие и шуршащие, сводящие с ума основную часть населения, а те, которые вышли из обихода и ценность имеют только у знатоков и коллекционеров.  Ну и люди, которые их «поднимают».
   У нас как всегда, не смогли организовать, так и запретили. Нельзя сейчас с металлоискателем. Тем не менее, народ копает, находит. Только результаты копа теперь уходят мимо музеев, историков, краеведов и прочих заинтересованных.  Сообщество профессиональных  поисковиков достаточно закрытое, но и там есть патриоты своей земли, с которыми можно общаться.
  Так, например, подтвердили они мою версию того, что Московский тракт в допетровский период проходил через Туртапку и переправа была напротив Карачарова. Все просто. На месте, где давным-давно народ ожидал речного извоза, обнаружено было большое количество денежек разного достоинства, утерянных не за один раз, а на протяжении многих лет. Большую часть этого множества, по которой и можно осуществить временную привязку, составляли «чешуйки». Это деньги древней Руси. Появились они в домонгольскую эпоху и имели хождение до 1718 года, денежной реформы Петра I.
  Ну, а раз уж так с переправой, то и следующий вопрос возник совершенно естественно. Где еще? Точных координат называть специально не буду, чтобы не спровоцировать поисковый бум и безумное уничтожение того, что еще можно отыскать и зафиксировать. Тем не менее, список: Турапка, Мотмос, Нижняя Верея, Шиморское, Виля. Это из того, что меня интересует как доказательная часть.  Учитывая локализацию находок, мы с вами имеем подтверждение, что все перечисленные населенные пункты существовали в допетровскую эпоху и начало свое берут гораздо раньше, чем мы думаем, имея отрывочные сведения из разных печатных источников.
В связи с содержанием- интерес к трем из списка. Шиморское, Мотмос, Виля. По данным «неформальных» исследователей на месте этих населенных пунктов были в давние времена села или деревни. Что и подтверждается количеством и временной привязкой находок-«чешуек». Затем непонятная, на первый взгляд, деградация. Вспомните историю Старого Жита (Шиморского). Вот и к началу картографической эпохи  на месте Мотмоса и Вили осталось по одной улице среди чистого поля. Вежонка и Ляпуховка. Причины умирания населенных пунктов? Не одна ли она на все три?
 Разорили монастырь Пречистой Рязанской Божьей матери и соседние деревеньки стали тут же умирать.  Конечно, это версия.  Опровергайте. Но физические доказательства в виде денежек, нарубленных из серебряной проволоки уже никуда не денешь. А несколько монет, найденных в районе Вили удалось «расшифровать». Отчеканены они были рязанским князем в 1350-1402 годы.
  И опять мы с вами имеем позднее заселение ранее обжитых, разработанных земель.     
   Наверное, здесь стоит пояснить, что архипастырь, говоря о доказательствах, заинтересован в подтверждении только истории монастыря, о чем и сказал. Хотя вопрос-то гораздо шире. Древний монастырь это повод к пересмотру возраста всеми любимого нашего города. 252 года на текущий момент 15.12.2017 или втрое больше. На зарплаты и благосостояние, конечно не влияет. Но вот умные люди из возраста поселения, в котором проживают, могут такое устроить. Да и относишься к таким городам несколько иначе. И даже не к самому населенному пункту, а к жителям. Мы же с вами понимаем, что древний возраст подразумевает наличие крепких, сложившихся традиций и всего, что с этим связано.  Не зря же ОМК, продвигая свой бренд, не забывает упомянуть, что металлургической истории фирмы более 250 лет.
   Ну, а мы от своего прошлого отказываемся. Или может быть время не пришло? Хватит с нас пары железных баташевских веков? Тишина. Период выжидания. Может быть, само рассосется вместе с беспокойным автором-исследователем, ломающим сложившиеся стереотипы. Заинтересованности и предложений о помощи в дальнейших исследованиях от лиц администрирующих нет. Не говорю уже о партийных псевдо патриотах.
   Что обычно пишут в завершении. Итого? Сейчас наша Выкса ведет отсчет времени своего существования как населенного пункта от 1765 года. Проведенные исследования показывают, что этот документально подтвержденный период увеличивается на 129 лет. До 1636 года. Если версию с Марией Нагой никто не опровергнет, то плюс еще 45. Всего 426 лет. Неплохо. А дальше? Дальше поле для исследования. Период от 1350 до 1591 года. Всего чуть больше двух веков. Реально ли определить начальную точку отсчета в этот период? Трудно, но возможно.  Смогли же соседи из Кулебак установить по писцовым арзамасским книгам, в которых имеются  записи за 1627 год: «мордвою и бортниками леса расчищены в пашню и поселены села и деревни, а именно: Канерга, Зубовка, Чуварлейка, Кулебаки». Кто ищет, тот находит.
   Представьте рекламный плакат или иную конструкцию на въезде в город. «Выкса. 500 лет». Или нечто подобное. Солидно. Да и содержание полутысячелетнего отрезка достойное, не смотря на то, что…
   Пара ворон с интересом смотрела на происходящее у подножья Ники- памятника  под окнами здания администрации округа. Сидеть на бронзовых крыльях богини было неудобно, но уж больно хотелось полакомиться остатками единорога, которого разделывала группа специалистов- трудящихся.  Забили животное прямо здесь. Аккуратно. Кувалдой по темечку. Подломившиеся копыта, хрип. И еще продолжал жить ослино-единорожий хвост, подергиваясь, когда с туши уже начали сдирать шкуру. Затем ее набили сеном и зашили. Чем не чучело?  После этого изделие стали пристраивать на подготовленный, в виде рыцарского щита, помост. Лысый, забравшись на стремянку для лучшего обзора, командовал. Варианты выкладки чучела единорога он согласовывал с торчащими из окон четвертого этажа народными избранниками. Копыто туда, копыто сюда, хвост правее… Полиция отгоняла  интересующихся, не объясняя сути происходящего, в надежде на скорое окончание мероприятия. Аллилуйя! Наконец-то головы в окнах четвертого этажа пришли к согласию. Недовольных придушили, эскизы с вариантами без единорога мелко порвали и сожгли. Лысый, скатившись шариком со стремянки, бросился бежать в здание. Согласие народных избранников необходимо было зафиксировать документально.
Так появились на свет наши герб и флаг. А ведь можно было по другому, по человечески.
«Доктор, мы его теряем…» Как часто звучит эта сакраментальная фраза из сериалов, идущих по нашим телевизорам. И тут же – искусственное дыхание, реанимация, уколы адреналина в сердечную мышцу. Короче – попытки спасения, в большинстве своем, чтобы не расстраивать зрителя, успешные.
 Мы с вами теряем водоем. Тот, что в центре города. Верхний пруд. Одно из красивейших искусственных озер, созданных руками наших предков. Двести пятьдесят лет, а не как нам внушают, что на десяток больше, притягивает он к своим берегам выксунцев и приезжий люд. Из чисто утилитарного, для пользы металлургического завода, работавшего на его воде, пруд стал неким выксунским символом. Он притянул к себе даже деятелей от современного, так называемого, искусства, которые на его берегах и воде проводят свои шабаши, оставляя неизгладимые следы в виде непонятных скульптурных композиций на плотине и  артовражных плотов, видимо, от стыда, спрятанных в какой-то закоулок.
Так вот, возможности у эстетствующей публики получить удовольствие от  этой чудной рекреационной зоны скоро поубавится. Ценник поместий на улице Горького пойдет вниз. Пруд превращается в болото. Первые шаги состоялись. Резко снизилось количество воды, поступающей в наш водоем. Берега, там, где их не «окультуривают» в летний период, зарастают осокой. Рыба задыхается и болеет.
Командир бронепоезда под названием Администрация округа и его замы о проблеме осведомлены, но рельсы, по которым они ведут свой состав, не дают оперативно развернуться. Сами понимаете: бронепоезд он и есть бронепоезд, да и действия экипажа вызывают больше вопросов, чем мы получаем ответов. Хотя, нужно отдать должное той части команды, которая пашет. Другую же часть легче утилизировать, чем заразить патриотизмом.
Ну, а что до водоема, так пример есть. Межонка. Межонский пруд. В 60-е и 70-е годы там ловили рыбу, было даже несколько лодок жителей ближайших домов, купались, даже, по пьяни, тонули.  Чудный травяной пляжик притягивал не только местных, а так же жителей более отдаленных районов. А вот в 80-е ситуация начала меняться. Началась застройка территории ныне называемой микрорайоном Жуковского или в просторечии «Жуковкой». Геодезические изыскания. Да, наверное, проводились. И написали в них правду о том, что на месте застройки имеется болото. Часть крайних домов, спорткорпус на нем и построены. Вот только никто не обратил внимание, что болото это являлось истоком единственной речки, питавшей Межонский пруд, делавшей его проточным.

До момента начала стройки, речка текла круглогодично, не пересыхая. Каждый раз мы ее переходили по мостикам, слушая журчание, когда посещали по скорбной необходимости Северное кладбище.  Засыпав часть болота и начало русла, речку убили. Болотная вода, надо же ей куда-то, начала более интенсивно поступать в район частной застройки улиц Лесной, Лизы Чайкиной и далее, родив жалобы местного населения. Район, и так далеко не сухой, стал еще более влажным, если сказать мягко. В свете этого, недавние потуги по расчистке русла засохшей речки, смотрелись как какой-то сюрреалистический перформанс, заставляющий задуматься о здоровье ума его совершавших. Да, уровень воды за счет весеннего снеготаяния в Межонке несколько поднялся, но жизни застойной воде этого пруда, да и вокруг него, это не добавляет. Пытались зарыбить. Видимо, не получилось. Рыбаков на берегах не прибавилось, так же как и желающих поваляться на травяном бережке и омыть свои тела в подтухающей водичке. По моему, очень наглядный пример.
Почти тоже самое происходит и с Верхним прудом. Масштабы только другие. Масштабы катастрофы, если быть более точным. Если Межонский прудик питала, давая ему жизнь, одна речка, то Верхний наполняли своими водами шесть. Причем не ручейков, сезонно пересыхающих, а круглогодично наполненных. И речки эти, вот и пригодилось краеведение, отмечены на всех картах, начиная с начала XIX века. Карта 1850 года, составленная под руководством А.И.Менде и карта 1865 года  И.А.Стрельбицкого сей факт четко документируют. На любимой мною карте 1850 года даже отражены названия этих речушек. Кстати, о названиях. Безусловно, что топографы прошлого наносили на составляемые карты названия объектов, соответствующие той эпохе в которую она, карта, составлялась.  Поэтому, скачав в интернете все, что можно было найти, относящееся к картографии Выксунского района, не перестаешь удивляться процессам, совершенно объяснимым, в результате которых трансформировались и меняли свои места некоторые названия. Это еще один пласт нашей с вами истории, вскрыв который и изучив, мы получим очень интересную картинку.

      Так вот, о шести речках. Давайте, как говорится, пойдем по часовой стрелке.
Речка первая- безымянная. Зато со своей интересной историей. Улицы Ризадеевская и Герцена заканчиваются мостами, по которым мы с вами переезжаем ее уже давно не текущие, остатки. А рядом с мостами, Варнавинский пруд, или точнее два прудка, построенные в период возведения Иверского монастыря. По заказу устроителей обители глубокий овраг, по которому текла наша безымянная речка, был перегорожен плотиной, берега подсыпали, выровняв в одной плоскости, и укрепили, посадив молодые сосенки.  Зачем необходим был такой затратный маневр? Для красоты и медитации паломников и жителей монастыря? Вряд ли. Монастырь, являясь большим потребителем водного ресурса, мог бы получить его из Верхнего пруда, тем более что от построенного до, уже сто лет как используемого, всего-то метров сто. Но Верхний пруд имел в то время своих собственников, с которыми договориться не удалось.
 Быстро, по тем временам, строящийся монастырь оттягивал на себя ощутимую часть спонсорских средств, которые могли бы быть пожертвованы Выксунскому приходу, что не могло не вызывать некоторого неудовольствия. Конкуренция, однако. А в конкурентной борьбе всегда все средства были хороши. Вот и не получили сестры-монашки воду из Верхнего пруда.
  Но, как говориться- нет худа без добра. Монастырские прудки, овеянные страшными легендами об утопленных младенцах, сослужили Верхнему пруду  неоценимую службу. Территория в их верховье была, в середине прошлого века отдана для организации и строительства мощнейшей, по тем временам, организации Сельхозтехника. Заровняв часть монастырского кладбища, построены корпуса мастерских и складов, заасфальтирована огромная территория. Убита безымянная речка, протекавшая через нее, и вся гадость, от деятельности этого сельхозпредприятия потекла в прудки. Они-то и приняли на себя экологический удар. Послужили отстойниками, не дав всему этому «добру» вылиться в Верхний.
Видимо, спасают и сейчас. Как я не искал, так и не нашел нормального канализационного коллектора который отводил бы в центральную городскую канализацию отходы жизнедеятельности жителей нескольких домов небольшого микрорайона, построенного рядом со зданием конторы для работников той же сельхозтехники. Обеспечивает ли старый коллектор, проложенный через территорию Сельхозтехники к , так называемой, "шайбе" на улице Попова, а дальше насосами на улицу Романова. Справляется ли он с объемом отходов из этих многоквартирных двухэтажек, контор, складов и мастерских по улице Запрудной и кучи предприятий, образовавшихся на территории бывшей Сельхозтехники? Или после отстоя большая часть уходит в землю и туда же в прудки?  Пожалуй, тем, которые на бронепоезде и непосредственно контролируют экологическую составляющую округа, необходимо посмотреть на ситуацию не через смотровую щель, а высунуться из люка подальше и, по крайней мере, перестать говорить, что в экологическом плане в нашем районе все в полном порядке.
 Три следующие речки образуют рукав Верхнего пруда в районе поселка Ризадеевский. Это речки Выкса, Сержантовка и Ягодная. По данным на 1850 год. Речка Выкса, впадающая в Сержантовку сразу же за окраиной жилой застройки поселка завалена отходами деятельности лесопереработки для удобства преодоления лесовозами совершенно неглубоких бродов. Каждую весну наша Выкса пытается пробить в этих местах для себя новый путь. Отчасти получается, но на дальнейшее нормальное функционирование сил не хватает и летом мы имеем сухое русло.
 Сержантовка, прячась от нас, варваров, как-то еще живет и журчит то приближаясь, то удаляясь от лесной дороги на Велетьму.
 Состояние Ягодной так же нестабильно и зависит от количества выпадающих осадков.
Ну и второй рукав Верхнего пруда. Природа определила ему быть из-за слияния километрах в трех от старого моста в верховье рукава, речки Дегтевки и Безымянного ручья.  Дегтевка берет свое начало в районе Ляпухи, ныне Вили. По местам этим в 2010 году пронесся пожар со всеми вытекающими последствиями. То есть последующими варварскими очистками сгоревших территорий. Как вы думаете, после такого что-нибудь будет нормально функционировать?
«Такие дела, брат…» как поет Чиж&со. Все плохо с Верхним прудом? Да. Неразумные акции типа «запустим в водоем особых рыб и они нам сделают хорошо» не помогут. Да и сама акция- голимая реклама пытающихся подтвердить собственную необходимость для системы административных менагеров. Точно так же, на Запасном, эти же самые менагеры организовали несколько лет назад «покос» береговой осоки. Хватило их метров на сто. Трактором сняли верхний слой песка с корнями трын-травы. Сгребли в кучу и бросили. Пытались так расширить зону для купания. А ума-то и нет. На следующий год травка выросла на старых местах. За чей счет был банкет?
Вот на этой скорбной ноте можно бы и закончить. В виде шила для мягкого места власть придержащих вбросить это в интернет пространство и раскрутить небольшую истерику, как обычно, затухающую через неделю-две. Плохо то, что это ничего не изменит. Экипаж бронепоезда от обиды и ревности, что не они инициировали, закатает эту проблему под сукно на несколько лет и вот тогда сделать что-либо будет уже гораздо труднее и затратнее.
Можно ли что-либо предпринять для изменения обстановки? Пока да. Давайте ка вместе разберемся.
Не нужно быть семи пядей во лбу, что бы, поколдовав с топографическими картами, отражающими необходимый нам участок, найти одну общую черту у всех шести, пардон, пяти речек наполнявших до недавнего времени Верхний пруд. Не зря я в начале текста так настойчиво про Межонку. На том же принципе действия, болото- речка- пруд, работает и Верхний. Все шесть речек, которые  были задействованы при строительстве водоема, вытекали из небольших лесных заболоченных озер или болот. Помните, как переводится слово Выкса с мерянского языка? Поток, уносящий воду из озера. К счастью, не отдельные родники служат истоками этих речек. Их- то убить гораздо проще, чем сложившиеся тысячелетиями, а может быть и миллионами лет гектары заболоченных низин и зарастающих водоемов. Кстати, болота, в не меньшей степени, чем леса, называют «легкими планеты».

   Сто лет назад не состоялась первая попытка изменения обсуждаемой территории в промышленном масштабе. Про экологию тогда никто и не думал. По остатками насыпей железнодорожных веток, меняющих ландшафт и направление течения лесных речек, мы с вами  в наши дни  ездим зимой на лыжах за крайними домами микрорайонов. А построено это было для вывоза торфа с болот, рождавших наши речки. Торф серьезно рассматривался как альтернативный источник топлива для выксунского металлургического производства. Слава Богу не сложилось. Болота оставили в покое, и они продолжали еще почти сто лет наполнять Верхний пруд.   А вот пришли наши дни и, давайте будем откровенными, человек пятьдесят предпринимателей-пилорамщиков под прикрытием административного ресурса, изменили ситуацию. Пожары десятого, возникшие, в том числе и от поджогов, что бы скрыть безудержное воровство леса, дальнейшие очистки территорий от горельников стали черной вехой. Кто-то хоть раз подумал, что ручей, журчащий под колесами тракторов и лесовозов, течет в Верхний пруд и дает ему жизнь?
Давайте, все-таки, вернемся к нашей проблеме. Мы с вами выстроили некую цепочку из трех звеньев. Два крайних звена, пруд и болота с лесными озерами- в наличии и последние, пока, в относительном здравии. Получается, что не работает звено их соединяющее. Речки. Время отказа этого «органа», фактически артерий, если сравнивать с человеческим телом, нами так же установлено. Вопрос: лечить или так оставить?- при существующем положении дел с прудом уже не возникает. Лечить обязательно. То есть очистить и отдать под надзор и охрану тому же Лесхозу. Как-то плавно ушли они от сберегающей лес организации к эксплуатирующей его на полную катушку.
Конечно, как в старом анекдоте, есть два варианта. Первый. Начнут с глубоких исследований, с заказом экспертиз, конкурсами и прочим. Если бронепоезд повернет на эту ветку, то все совершенно понятно. Хотят положить под сукно, так как особого интереса «здоровье» пруда не вызывает или не пришло еще время для очередной пиар компании.
Второй вариант уже отработан. На сухом русле речки Межонки, на речке Железнице. Всплеск энтузиазма, искусственно созданный, грамотно освещенный в местной прессе дал свои результаты. Какие-то участки речек были очищены от мусорных завалов без бюрократической волокиты и существенных затрат для местного бюджета. Уже хорошо. Вот только приоритеты расставили как-то странно. Межонка уже умерла. Это я про речку. А вот Железница могла и потерпеть. Сейчас, действительно, срочно необходимо очистить и углубить русла речек, подпитывающих Верхний пруд. Два участка по пять километров. А если в очищенную речку Выксу «подключить»  пропадающую от невостребованности водную массу Ризадеевского озера-болота, а это примерно еще пятьсот метров восстановления старого русла, то ситуация может кардинально поменяться.
(без названия)
 Как запустить процесс? Конечно в интернет для общего доступа. Окружные депутаты ничего не решат и решать не будут, так как интересы завода не затронуты. Корректировать бюджет для этого? Не смешите.
Один экземпляр текста- главе округа, как единственному, пожалуй, энтузиасту способному организовать эти работы. Еще один в Общественный совет по рассмотрению гражданских инициатив. На всякий случай, так как совет этот последнее время перестал работать. И еще один в Общественный совет округа по экологии. Только в местное отделение партии Единая Россия, по сути, не состоявшегося идеолога всех положительных процессов на нашей территории, обращаться не буду. В нужный момент из-за бугра они сами появятся в дорогих импортных доспехах на белых, краденых единорогах. Для работы приведут за собой молодежь с лопатами. И статья об их активнейшем участии, само собой, появится в Выксунском рабочем.

                                                                                                                                          В.Королев

Опять юбилей.

Когда-то, давным давно, в Германии был министр пропаганды Пауль Иозеф Геббельс. Закончил он очень плохо. Но некоторыми его наработками пиар менеджеры пользуются и сейчас. И даже на нашей выксунской земле.
  Каждый календарный год, оканчивающийся на цифру семь, или иногда два (зависит от необходимости, возникшей на уровне небожителей) гремят в Выксе духовые оркестры. Празднуется юбилей металлургического завода, а ныне и компании ОМК. Это при том, что начало свое сие образование берет совершенно в другую дату.
   Вот и в эту осень все было спланировано и проведено в соответствии с принципами вышеуказанного антигероя. Как он говаривал: « необходимо бесконечно повторять пропагандистскую трескотню: ведь трудно не поддаться ее магии, если в нее верит все большее число окружающих». И нам продолжают из всех доступных СМИ, продажных, и тех, кто не в курсе, а просто повторяет, лить в уши информацию о том, что начало свое градообразующее предприятие, а соответственно и населенный пункт, получили стараниями заводчиков Баташевых в 1757 году.
 Для чего это делается? Состоялось все в начале двухтысячных, опять же прямо по цитате из наставлений Пауля Иозефа: «соответственно, помимо «белой» правдивой информации, необходимо использовать «серую», то есть полуправду, и «черную»- откровенную ложь, ведь мы добиваемся не правды, а эффекта. Причем, чем чудовищнее ложь, тем охотнее в нее верят и тем быстрее она распространяется.»
21 ноября 2002 года поставили у заводской девятиэтажки памятник братьям Баташевым. На следующий день по городу маршировали оркестры и сводный отряд барабанщиц в коротких юбках. Перманентная рекламная компания началась. Эффект, читай предыдущий абзац, достигнут.
Ну и далее все происходит в полном соответствии с заветами министра пропаганды нацисткой, тогда, Германии. «Для наилучшего усвоения месседжа мы обязаны говорить на языке, понятном народу, и даже на разных языках- один для столицы, другой- для провинции, один для рабочих- другой для служащих». Билеты на представление заезжего театра- служащим, фейерверк на площади- рабочим. Банкет по окончанию вручения Баташевской премии- служащим, уличный концерт закатившейся «звезды» еще союзного значения- рабочим. Фейерверк прилагается.
А может быть они не знают?!!!!
Да нет. Разговоры об этом ведутся на разных уровнях уже несколько лет. В интернет пространстве, в одной из местных небольших газет. Всяко уже могло просочиться до ушей, прикрепленных к руководящим головам. Да ведь и возмущенное таким пердимоноклем краеведческое сообщество не дремало.  
01.10.2015 года в адрес А.М.Седых от выксунского Совета по сохранению культурного наследия было направлено письмо по поводу восстановления исторической справедливости относительно даты основания Выксы в 1765 году. Послание с таким же содержанием отправили и в адрес главы округа.
Не мудрствуя лукаво, В.В. Кочетков ответил, что перенаправил обращение краеведов на Общественный Совет по рассмотрению гражданских инициатив. И это совершенно правильно. Вопрос-то серьезный и единолично его решать не с руки. Не было тогда еще опыта по принятию местного герба и флага. Но, являясь членом этого совета, могу ответственно заявить: не дошла бумага. Чертова бюрократия. Так были лишены возможности активные и уважаемые граждане нашего города и района обсудить проблему, а другая часть таких же неравнодушных, получить вразумительный ответ, узнать позицию администрации в части касающейся.
  Анатолий Михайлович Седых руки марать об это даже не стал. Вместо него, после положенного реверанса в адрес краеведов, ответ был рожден в дирекции по связям с общественностью и, естественно, директором же А.А.Кастравцом и завизирован. Отношение, не смотря на поклоны, видно сразу. Документ печатали два человека, с разными междустрочными интервалами. Привести к единому знаменателю не сочли необходимым. Самое главное суть этой писульки. Цитирую. « Формальным источником для довода о летоисчислении может служить и Указ Екатерины II от 26 августа 1765 года, разрешающий братьям Баташевым строительство железоделательных заводов на р. Выксун и Велетьма.»
  А вот дальше все совершенно современно. С другим межстрочным интервалом нам пишут о том, что, по ничем не подтвержденным данным, точнее: «но нет ни одного источника, доподлинно утверждающего, что постройки вокруг территории вокруг нынешнего Верхнего завода не были сделаны раньше. Да и само строительство завода до самого факта начала строительства было связано с обязательными природными и инженерными изысканиями, подготовкой строительства, самого строительного процесса, от правильности и точности которых зависела рентабельность предприятия. На это могло уходить несколько лет. Для этого не нужно было какое-либо разрешение. И само строительство могло быть начато задолго до получения разрешения».
  У меня, например, сразу же возникает ассоциация с современным стилем управления компанией. Снести в историческом центре Выксы заводские конторы- охраняемый государством памятник, свалить все на турецкую фирму, построить на этом месте гостиничный комплекс. И опять к очередному неправильному юбилею. Возбужденное уголовное дело по данному факту так и не нашло логического завершения, совершенно понятно почему. Или забить на содержание социального объекта (бассейна) в Чусовом и допустить обрушение кровли. Сколько там погибло? Почитайте в интернете- интересно.
 Продолжим о послании небожителей краеведам. Здесь в тексте я трансформируется в мы, то есть подключаются руководство компании и завода.  Цитируем дальше. « На наш взгляд, нет никаких объективных и подтвержденных документально предпосылок для изменения даты основания города и завода, тем более имеется официальные исторические документы- Указ и Грамота Президиума Верховного Совета СССР. Они как раз и подтверждают дату основания Выксунского завода в 1757 году». В этом абзаце автор вернулся к первоначальному межстрочному интервалу. Орфография абзаца мною специально сохранена.
Необходимо напомнить для тех, кто не в теме. В 1957 году Выксунский металлургический завод был награжден орденом Ленина за ударный труд его коллектива и к двухсотлетию образования. С двухсотлетием, конечно, погорячились, но из песни слов не выбросишь. Энтузиазм чиновников прошлых лет, не сведующих в истории, заставляет наш город жить по двойной временной линейке. Исторической и от ОМК. Историческая дата, чтобы нам не говорили в ОМК, полностью научно подтверждена и признать ее не желает только собственник и часть административного аппарата ОМК. Наша администрация скромно умывает руки, получая какие-то бонусы для округа к «юбилейным делам».
 Кстати, где орден, Зина? В каком из залов музея истории выксунского металлургического завода, под который уничтожили местный краеведческий музей, можно взглянуть на эту реликвию, честно заслуженную мартеновцами, прокатчиками и прочим трудовым людом завода. Да, напоминаю, что орден крепился к бархатному знамени красного цвета. Это так, к вопросу о сохранении традиций.
Ну, а как же быть с этим?
Из интервью А.А.Кастравца опубликованного в газете Выксунский рабочий.  Раздача интервью дело ответственное и в газету оно было прислано по электронной почте. Вот что написала Татьяна Макракова после восьмилетней совместной работы под руководством интервьюируемого: «С Александром Андреевичем Кастравцом я познакомилась в 2002 году. Он произвёл впечатление очень серьёзного, я бы даже сказала, сурового человека, которого сотрудники пресс-центра ВМЗ откровенно побаивались. Позже раскрылись его умение общаться с самыми разными людьми, многогранность интересов, профессионализм.»
 А вот это Александр Андреевич о себе: «Когда у компании есть большие цели, есть профессиональная команда, есть уважение к личности каждого сотрудника и есть ответственность за всё, что ты делаешь, – это не может не вдохновлять; Выкса для меня теперь город родной и любимый; Приобретённые знания, впечатления и жизненный опыт – вот то, что в любой ситуации остаётся с нами.»
Тут все в полном порядке- вменяемый человек. Далее- тоже.
Накануне 25-летия Объединенной металлургической компании А.А.Кастравец, как журналист, встретился с председателем совета директоров ОМК Анатолием Михайловичем Седых и записали эксклюзивное интервью для журнала «ОМК‑Команда». Речь в беседе шла не только о достижениях и стратегии компании, но и о психологии, культуре, счастье и ценностях, как корпоративных, так и личных.
 Откровения от Анатолия Михайловича:
-«Важен на самом деле результат. Что тебя мотивирует — это не так важно. Можно постоянно мечтать изменить мир и все человечество — и ничего при этом не делать. А если человек решает элементарные, но крайне необходимые для семьи задачи — это мне понятно. Сначала стоит задача купить стиральную машину, потом автомобиль, затем дать ребенку образование… Но на самом деле через какое-то время материальные стимулы перестают действовать. И тогда обязательно включаются духовные стимулы для того, чтобы дальше человек мог развиваться. Согласно теории иерархии потребностей известного американского психолога Маслоу, потребности человека развиваются от низших к высшим, и человек должен сперва удовлетворить потребности низшего порядка для того, чтобы возникли потребности высшего уровня.»;
-«Я несколько дней назад вернулся из поездки в города Мышкин и Углич. Был приятно поражен тем, как там люди бережно относятся к истории этих городов и пытаются благодаря этой истории привлекать туристов на фестивали, праздники и ярмарки. Мне кажется, что у наших городов есть точно такой же потенциал. И у Выксы, и у Чусового.»;
-«Очень люблю книги об истории человечества.»;
- «Активный гражданин — это не только модный тренд, такой гражданин сегодня реально востребован обществом.»;
- «Кто-то из великих сказал, что «сын делает не так, как говорит отец, а так, как отец делает». Жизнь родителей — наилучший пример. Собственные дела и поступки никогда не заменяют слова. Мы очень часто слышим высокие слова, за которыми ничего нет. А когда ты видишь каждодневную правильную жизнь, отношение к окружающим, отношение к труду, это действительно впитывается.»;
-«Время, когда я учился в школе, — это время строительства БАМа, КАМАЗа, других комсомольских ударных строек. Мы действительно верили в тот строй, в котором жили.»
 Мы с Вами, Анатолий Михайлович из одного времени. Свою медаль за строительство Байкало-Амурской магистрали я заработал в 1983 году. Люблю историю, краеведение. Мне интересно, что бы сказал Ваш отец по поводу Вашего противостояния ради рекламного продвижения компании, небольшому количеству активных жителей Выксы, отстаивающих право на подлинную хронологию родных мест? Оно этого стоит?
 Вы не опасаетесь того, что Ваши сыновья когда-то зададут Вам неудобный вопрос: «Папа, почему ты говорил одно, а делал другое?» Ответ готов?
   17 апреля 1945 года Геббельс выступил на последнем собрании сотрудников министерства: «Господа, пройдёт сто лет, и на экранах будут показывать цветной фильм о жестоких временах, которые мы переживаем. Не хотите ли вы сыграть в этом фильме? Держитесь, чтобы будущая публика не высмеяла и не освистала вас, когда вы появитесь на экране!»
24 сентября большое количество жителей Выксы будут праздновать День Машиностроителя. Раньше в нашем городе он отмечался не менее пафосно , чем день металлурга. Так получилось, что к этой дате родился этот материал. Разместить его в день праздника или накануне у меня возможности не будет. Поэтому выкладываю сегодня.



                                     С Днем машиностроителя или как Выкса стала городом?

       Блиц опрос заставил чесать затылок в разных направлениях. Информация о том, когда это произошло, в некоторых головах земляков как-то зацепилась, а вот предположить и высказать причину случившегося, оказалось по силам единицам. Как вам такое? Кроме как емким словцом одного из персонажей Ильфа и Петрова ситуацию не охарактеризуешь: «Жуть». А что же мешает перевести ситуацию в состояние «блеск», пользуясь словарным запасом того же героя? Давайте не будем о больном и больных. Они ведь жить нам с вами не мешают. Перевирая и уничтожая сегодня нашу Выксунскую историю, они просто меняют будущее наших детей и внуков. А в остальном все отлично: гостиница «Баташев», гастроном «Баташевский», Баташев- арена, арт-овраг, однорогий козел на гербе и флаге, неудачно срисованный с герба города Лысьва. И вот уже местное отделение Единорогов, извиняюсь единоросов, серьезно обсуждает количество финансовых вливаний администрации округа в охрану нашего парка и режим его работы, и на какой период его можно будет запирать от нас неразумных?
     Список всего этого можно продолжать очень долго. Ну да вы люди грамотные, раз ищете и читаете сочетания букв и слов доносящие историю малой, да и большой Родины и лишний раз дергать вас за больное, наверное, не стоит. А посему: Почему и как Выкса стала городом? Все грамотные, ну не по документам, конечно, а по сути, знают, что городом Выкса именуется с 1934 года. До этого она, конечно же, существовала, но имела статус совершенно не городской. До этой даты Выкса была селом, затем поселком городского типа, то есть, имела такой же статус, как, рядом расположенные, Досчатое, Виля, Проволочное, Сноведь, Велетьма. Названия этих населенных пунктов я перечислил не случайно. В них, как и в Выксе, находились производственные площади заводов, построенных заводчиками Баташевыми. Начало металлургическому производству на нашей земле они положили в 1765-66 году, а не в 1757, как нам пишут на рекламных плакатах, расставленных по городу и району упертые рекламные трудяги. Хочется потрогать их лобики. Там явно увеличивается образование, как у животного с нашего новейшего герба. Только забывают они, что вместе с этим появляются раздвоенные копыта и растет ослиный хвост.
      Продолжим о городе. Проведенным исследованием установлено, что из всех населенных пунктов, где Баташевыми были построены железоделательные заводы, повезло только нашей Выксе. Все остальное выше ПГТ, то есть поселка городского типа по статусу не поднялось, а Елатьма, там, где Андрей Баташев построил свой первый в нашем регионе завод,  даже деградировала. Из старинного города с крепостью, десятком церквей, тюрьмой, достаточно развитой системой образования и прочими городскими составляющими, постепенно превратилась в поселок городского типа.
     Продвинутый читатель уже понял, что исследование, конечно же, частично затронет взаимоотношение Выксы и металлургического производства. То есть, на разрешение поставлен вопрос о зависимости властного решения 1934 года и существования и развития на нашей земле металлургического производства. Для этого необходимо, как минимум обратиться к исходникам. Например, книга «Славная история» изданная в 1967 году дает отличное представление о развитии металлургического завода в период первых пятилеток. Для тех, кто не в теме, упрощаю: с 1929 года. Что же с выксунской металлургией этого периода? Даже в книге, выпущенной к очередному юбилею авторы очерков не смогли сгладить плачевное состояние дел ВМЗ. Несколько цитат. Страница 243. «Изношенность основных фондов завода достигла 49%. Старые специалисты, засевшие в ВСХН и ГОМЗе выдвинули и пытались провести план ликвидации Выксунского металлургического завода. Они доказывали, что завод технически устарел, не имеет своей сырьевой базы, становится нерентабельным и будет обузой Советскому государству».  Страница 246. «Проблема сырья для доменного производства в годы первой пятилетки так и не была решена. В ноябре 1930 года, в 13 годовщину победы Октябрьской социалистической революции, выксунцы заложили новый мартеновский цех с двумя мощными печами, оборудованными по последнему слову техники. Первые плавки стали в новых мартенах выксунцы планировали провести в 1932 году. Но из-за недостатка строительных материалов, большой текучести рабочей силы и плохой организации работ строительство не было завершено в намеченный срок и продолжалось во второй пятилетке». Вообще-то надо отметить, что во второй и третьей пятилетках ВМЗ преобразился и начал «накачивать мускулатуру». А вот в начале 1930-х под этот проект изменения на карте Родины, вряд ли бы кто отважился запрашивать и осуществлять.
        Вернемся к последней цитате. Все не получилось вовремя в том числе и из-за «большой текучести рабочей силы». То есть рабочие с металлургического завода бежали толпами. Куда? В деревню? В другие регионы? А дома, а семьи? Не все так просто.
       1 мая 1930 года в Выксе состоялась закладка крупнейшего в Советском Союзе завода дробильно-размольного оборудования. В 1933 году были изготовлены первые камнедробилки.
       В этом же 1930 году выксунцы заложили в поселке Досчатое судостроительный завод по производству судоходных и наливных барж и буксирных пароходов. Активное строительство велось до 1933 года, но затем было законсервировано.
     В 1926 году было начато строительство Шиморского судоремонтного завода. Эта производственная площадка расширялась вместе с Навашинской судоверфью.
    Как пишут нам авторы очерков все той же книги «Славная история» на 248 странице «С организацией производства дробильно-размольного оборудования и медицинского оборудования в 1935-1936 годах Выкса становится крупным центром машиностроения. Оба эти завода по выпуску некоторых видов продукции были в то время первыми и единственными в стране».
       Ну а металлурги? Страница 278. « Большое значение в жизни заводского коллектива сыграло решение крайкома ВКП(б) от 10 апреля 1933 года «О работе промышленности края за 1 квартал 1933 года» и письмо крайкома «Треугольникам металлургических заводов и цехов». В этих документах крайком партии вскрыл причины неудовлетворительной работы металлургии края за 1 квартал 1933 года и подверг суровой критике отстающие металлургические заводы, к числу которых относился и Выксунский. На заводах, как указывалось в решении, не были изжиты канцелярско-бюрократические методы руководства, декларативность в работе партийных и профсоюзных организаций.  Краевой комитет партии потребовал перейти от декларации к действительной организации масс на решение конкретных задач». Прямо что-то от современной правящей партии. Не находите?
       Ну да мы с вами не об этом. Задачку о «большой текучести рабочей силы» решили. Попутно выяснили и зафиксировали состояние  металлургического производства на территории нашего района в то непростое время. А фиксировать необходимо. Вдруг кому-то через некоторое время понадобится очередной подвиг для еще более успешного рекламного продвижения? И история повторится в ключе неправильного юбилея. Окажется ВМЗ локомотивом организации работы по изменению статуса села Выксы. При существующем подходе- запросто.
      Продолжим разговор. Если верить предлагаемой официальной статистике, то в 1931 году Выкса имела население 15 500 человек и легко могла претендовать на иной статус, так как минимальное количество жителей для того, чтобы населенный пункт стал городом, должно быть не менее двенадцати тысяч. Но есть еще один нюанс, 85% населения должно было быть занято вне сельского хозяйства. А это около четырнадцати тысяч. Ну а в 1931 году на Выксунском заводе по данным ГАГО (ф.1250,оп.4, ед.хр 1, лл 144,146) трудилось 6172 рабочих и инженерно-технических работников. Не хватало больше половины. И сколько же производственных мощностей необходимо было построить металлургам, чтобы принять на работу еще шесть тысяч человек?
     Так вот, именно Выксунский завод дробильно-размольного оборудования позволил преодолеть эту планку в 85% и начать движение по изменению статуса нашей Выксы.
       Причем, учитывая сложнейшие взаимоотношения города и деревни того времени, переквалифицироваться из колхозника в рабочего было проблематично. Дело в том, что основные  активные действия по проведению коллективизации, то есть выхода из «хлебных затруднений», пришлись на это же время. Партийное руководство выбрало социалистическую реконструкцию сельского хозяйства — строительство совхозов и коллективизацию бедняцко-середняцких хозяйств при одновременной решительной борьбе с кулачеством. Коллективизация позволяла сконцентрировать в руках государства производство зерна, технических культур, как для экспорта так и сформировать необходимую сырьевую базу для перерабатывающей промышленности, поскольку технические культуры имели весьма ограниченное распространение в условиях мелкого индивидуального хозяйства.
          Следовало ломать уже налаженный механизм хозяйствования времен НЭПа. Так и сделали – сломали.  Все права собственности на строения, сооружения, все устойчивое землепользование, товарность дворов - исчезли, как только началась коллективизация. Прекратились иски о разделе дворов, так как нечего стало делить: земля отошла к колхозу, лошади, коровы, телеги, сеялки, веялки, бороны, хомуты, вожжи и даже кнуты - все было отнято. Наступило сразу полное оскудение крестьянского двора, которому осталась одна телка, но и ту кормить было нечем. О том, чтобы построить новую хату, и мечтать было уже нельзя. Все рабочие руки семьи, как в будни так и в праздники были заняты на колхозной работе, так что некогда стало помыться в бане и постирать белье.   Земельные комиссии, разбиравшие споры о земле и о разделе имущества, куда-то исчезли так же, как вдруг исчез и сам Земельный кодекс со всеми крестьянскими правами. Исчезло и право собственности у крестьянина вообще. У него остались одни лишь обязательства выполнения всех видов поставок. Все это, конечно же коснулось жителей сельхозугодий вокруг металлургической Выксы.
       Бежать из колхоза желали многие. Постановление ЦИК и СНК СССР от 30 июня 1931 года «Об отходничестве» разрешило переход колхозников на индустриальные стройки. Однако, чтобы беглый не ускользнул в тёмную глубину советских пространств, переход надлежало документально оформить. Завербованному следовало выправить разрешение на выезд в сельсовете или правлении колхоза. Да, ну, кто же отпустит трудоспособного мужика при грабительских планах хлебо - льнозаготовок? Правления колхозов пошли было на хитрость, задерживая вербованных под предлогом их задолженности колхозу. Москва пресекла начинание и обязала колхозы заключать со стройками договоры на поставку рабочей силы.
      Естественно, что такая обстановка подтолкнула к решению, лежавшему на поверхности. Постановлением ВЦИК от 20.10.1933 года «Об изменении в территориально-административном устройстве Горьковского края» было утверждено решение о том, чтобы «Включить в черту рабочего поселка Выкса селение Антоновку Выксунского района.» Да, да. Никто не путает. Нынешняя Антоповка тогда, да и намного раньше, согласно старинным картам, была Антоновкой. Затем, короткое время поселком имени Молотова, а потом попытались вернуться к старому названию, но как-то поменяли одну буквицу и городской район стал Антоповкой. Так несколько тысяч человек стали горожанами, получили паспорта и прописку. А вот сельское население таким правом не пользовалось. А при наличии этих «благ» появлялась возможность трудоустройства на строящиеся машиностроительные, ну и действующие металлургические производства.
    Кстати, с 1931 по 1939 год численность населения Выксы росло такими темпами, которые впоследствии никогда не повторились. Ну, а сейчас, как это не грустно, сокращаясь последние шестнадцать лет, оно находится на уровне 1977-79 годов, то есть периода начала в нашем городе Всесоюзных комсомольских строек,  начала крупномасштабного строительства на металлургическом заводе новых огромных цехов, активной жилищной застройки города. Неужели все это пошло прахом и кроме синего штампа на моем и твоем лбу «житель моногорода» нам ничего не остается?
   Эка занесло. Вообще текст должен был быть об утраченном масштабе празднования Дня машиностроителя, о том, что мощное, уникальное производство, исходя из вышеизложенного, в момент своего рождения изменило и географические наименования на нашей карте. Этим крупнейшим российским производителем дробильно-сортировочного оборудования, применяемого для переработки горных пород, гравийно-песчаных смесей, металлургических шлаков, строительных отходов 30 марта 1933 года была выпущена первая продукция -  щековая дробилка модели Щ-3 «Комсомолка», производительностью 5 кубометров в час, ставшей первой отечественной дробилкой ознаменовавшей рождение в СССР новой отрасли. В первый год существования завод выпустил  26 единиц оборудования.
   В годы Великой Отечественной войны производственные мощности предприятия были мобилизованы для выпуска военной продукции: бронеавтомобилей БА-20, корпусов легких танков Т-60 и Т-70, самоходных артиллерийский установок САУ-76, бронекорпусов самолетов ИЛ-2, погон для Т-34, корпусов мин М-82 и снарядов для «Катюши».

     После окончания войны завод возвратился к производству основной номенклатуры – дробильно-сортировочного оборудования, и с тех пор не менял своего профиля, постоянно расширяя ассортимент и повышая качество производимой продукции.
       Первая  в СССР  передвижная дробильно-сортировочная установка  заменила   ручной труд 500 рабочих.  Опытный образец создан  в   1947 году. Серийное производство с 1949 года.  Производительность – 30 тонн/в час.
       В 1960 году  началась реконструкция всего завода. Были расширены сталелитейный цех, бронекорпусное производство. В 60-е годы было построено новое здание для модельного цеха, обеспечивающего модельной оснасткой сталелитейное и чугунолитейное производство. Завод продолжал расти.
       Технический прогресс требовал совершенствования не только производственного процесса, но и выпускаемой продукции. Всего за семь лет продукция завода была обновлена на 75 процентов: освоен выпуск 18 моделей новых машин, а 9 устаревших моделей сняты с производства. В этот период за свою продукцию завод был награжден 5 дипломами и 65 медалями.
Такого обновления завод не знал с начала своего существования. Головной институт ВНИИ Стройдормаш, сопоставив 17 машин заводского производства с лучшими зарубежными образцами, пришел к выводу, что они зарубежным не уступают, а 9 из них включало конструктивные решения, защищенные авторскими свидетельствами.
      В 1966 году завод был награжден орденом Трудового Красного Знамени, а лучшие работники предприятия орденами и медалями, заметьте на год раньше, чем вечные соперники и соседи металлурги с их двухсотлетней историей.
    А дальше? Начав одновременное движение из одной исходной точки новейшей истории, из восьмидесятых, управленцы заводов провели их разными путями. Кому-то повезло больше. Чей-то потенциал не до конца использован. И, тем не менее, работа машиностроителей, постепенное развитие этих предприятий, позволяет нам, проснувшись однажды утром, не увидеть у себя на лбу тот самый синий штамп «житель моногорода». Вся надежда на вас.
     С днем машиностроителя!



    
   

                                       

ВЫКСА. XIX век.

    Как говорит наш Президент: краеведение- это отправная точка в патриотическом воспитании. Ну, может быть и не совсем так он сказал, но мысль была эта. Это для тех, кто подзабыл матчасть.
    В краеведении все участники процесса ходят одними и теми тропками, которые натоптали до нас уж как несколько десятков или сотен лет. Для того, что бы рвануть по целине, нужна определенная смелость. Необходимо  отсутствие боязни быть втихую оплеванными ортодоксами, коллегами по цеху и персонажами, которым уже лень слизать, хотя бы сметану, с отстаивающегося в их загашнике исторического продукта.
   Конечно, спокойнее и увереннее будет с поддержкой истинно заинтересованных персон, управляющих районными процессами, их желанием навести порядок не только на центральных улицах и пришкольных территориях, а и в исторической составляющей, в головах и душах граждан подотчетной территории, а заодно и показать «товар лицом», пропиарить, так сказать, опять же для всеобщего блага.  
   Переступив эти пороги, так и не увидев Красную армию, спешащую на помощь из Гайдаровской Сказки о Мальчише, обнаруживаешь, что с нашей Выксунской историей еще разбираться да разбираться. Поле непаханое, короба забиты всвал и число их не меряно. В Нижегородском областном архиве бумаги, относящиеся к прошлому Выксы, не все и разобраны. А есть еще Владимирский, Рязанский, Тамбовский областные архивы, в которых находятся бумаги, так или иначе относящиеся к нашему с вами прошлому.
    Ну не будем так далеко, давайте по не раз хоженому. Сколько раз идешь по этой тропинке и спотыкаешься в одном и том же месте о торчащий из земли камень. И только на сотый или уже и тысячный раз обращаешь внимание, что край камня-обидчика обработан человеческой рукой, аккуратно обтесан. Лопату в руки и вперед. И вот уже появляется «Направо пойдешь- коня потеряешь…». Ну, и так далее, по тексту.
    История выксунских Шепелевых вроде бы, как и написана. Сложный период от смерти Ивана Родионовича Баташева до Лессинга при всем том внимании, которое было обращено на эти шесть десятков лет - изучен, выводы сделаны, диссертации защищены. Ничего не имею против там, где излагаемые события соответствуют действительности и простой человеческой логике.
   Но чем больше вчитываешься в имеющиеся в общей доступности материалы этой эпохи, касающиеся Выксы, приходит какое-то странное ощущение. Почти все авторы ведут речь о, почти целенаправленном, уничтожении наследниками Ивана Родионовича Баташева огромного промышленного комплекса и всего с ним связанного. Патологическое разбазаривание, замешенное на увлечении театром. Других затратных хобби, как то яхтинг, подготовка экспедиции к центру Земли, эксперименты с философским камнем исследователями не обнаружены.
   Но чем глубже ныряешь- тем интереснее. И вот уже верхнюю ступеньку пьедестала занимают человеческие пороки, не связанные с Мельпоменой, а совершенно современные, не претерпевшие никаких изменений за последние полторы сотни лет. Жадность, жажда наживы и т.д. и т.п.
    Давайте уже сразу закончим с театром. Расцвет его на Выксе состоялся в период управления заводами Иваном Дмитриевичем Шепелевым, старшим из сыновей  обделенного предпринимательскими талантами зятя И.Р.Баташева. Закончилась театральная деятельность в 1845-46 году с приходом на Выксу, в качестве смотрителя, опекуна Василия Александровича Сухово-Кобылина. Резкое исключение затрат на театр из финансовой жизни Баташевского наследия, кардинально ситуацию не поменяли. Избавившись от театра и других, находящихся на поверхности трат, связанных с имением, зверинцем, парком и т.д., Василию Александровичу пришлось еще почти десять лет бороться за то, что бы заводы оставались на плаву. Все, что он мог сделать, это сократить сумму долга. Глыба продолжала катиться вниз.
   А кто же, такой нехороший, первым выдернул удерживающие ее подпорные камушки? Конечно же, Дмитрий Дмитриевич. Здесь спорить не приходится. Способ был прост и использовался на протяжении многих лет и детьми Шепелева. Недвижимое имущество было свято и никогда не трогалось, посему и досталось впоследствии иноземцам совершенно непорушенным, ну, за исключением оранжерей и театра. Так вот, о способе… Возникавшие желания и фантазии, высокий уровень жизни удовлетворялись за счет изъятия денежек из заводских оборотных средств. Прибыли-то на все рты с их запросами не хватало. Сначала понемногу. Недостающую часть оборотных средств перекрывали займами. Ведь уголь, дрова и руду приобретали и со стороны, и за деньги. И вот уже необходимо платить  долги, пополнять оборотные средства, а шикарную жизнь никто не отменяет. Снежный ком разрастался. Все это при стабильно работавших заводах, где применялись новые технологии, достаточно вовремя производились реконструкции устаревшего оборудования.
    Первым виноватым из наследников семьей был назначен, управлявший заводами более десяти лет старший брат  Иван. Затем повзрослел Николаша и, кто-то из близких убедил его в наличии финансово-экономических и управленческих талантов, что неизбежно привело к ссоре с старшим братом. Из прошения министру финансов Николая Шепелева: «Недвижимое имение перешло в 1834 году к нам: Николаю Шепелеву, княгине Анне Голициной, поручику Ивану Шепелеву, графине Кутайсовой с общего согласия всех четырех владельцев, выксунские заводы и прочее имение были вверены управлению сперва графу Кутайсову, за тем с 1838 года владельцу Ивану Шепелеву, и наконец с 1845 года поручику Александру Брюханову. Но в 1846 г., мы Николай Шепелев и Княгиня Голицина и графиня Кутайсова, усмотрев не распорядительность брата нашего Ивана Шепелева и накопление долгов, просили об учреждении над имением опеки, каковая и была в том же 1846 году учреждена, с тем чтобы опекуны были избираемы от трех нас совокупно, без всякого участия брата нашего Ивана Шепелева. В опекуны были избраны нами полковник Сухово-Кобылин и граф Кутайсов, за тем вошел в состав Опекунского управления муж просительницы князь Голицын, затем вышли из состава онаго граф Кутайсов и Сухово-Кобылин, а вступил статский советник Дмоховский; таким образом с 1856 года все общее и нераздельное имение управлялось двумя опекунами князем Голициным и Дмоховским и наконец в 1856 году по просьбе Ивана Шепелева состоялось Высочайше утвержденное 14 января положение Комитета г.г. Министров, по которому для совместного управления имением к назначенным от других наследников двум опекунам назначен со стороны Ивана Шепелева титулярный советник Палицин, с тем, чтобы все распоряжения опекунов производились с общего согласия по большинству голосов и никак иначе как по журнальным постановлениям.». Умолчал Николай, что заводики работали как часы благодаря реконструкции, проведенной во время правления брата Ивана. К 1843 году было построено и запущено в производство 10 пудлинговых печей, благодаря которым увеличивалась производительность выплавки, да и нагревать их можно было с помощью каменного угля и кокса взамен угля древесного.
    Граф Кутайсов (хороший товарищ дедушки Ивана Родионовича Баташева, согласно его завещания) был вынужден порадеть на благо внуков умершего товарища. Радения эти продолжались с 1834 до 1838 год и ничего не поменяли. За четыре года не смог граф восполнить пробелы домашнего воспитания Шепелевских детей. Не случилось для заводов и имения дедушки получить четырех рачительных  хозяев. А уж очень он, Иван Родионович, надеялся. Отписывая долю Д.Д.Шепелеву так и говорил, что все по ветру пустить не сможет. Был прав. Генерал не смог. А вот детки его с маниакальным упорством продолжили батюшкино дельце. Как и предсказывал Иван Родионович Баташев, долг Д.Д.Шепелева по его смерти в 1841 году составил 688 578 руб.90 коп. (миллиона не превысил). Детям его удалось доказать сенату, что они не должны платить сверх оговоренной суммы в 300 000 рублей, а остальные должники должны удовлетвориться его имением в Калужской области.
    Почему-то принято у нас поминать нехорошими словами двух братьев Ивана и Николая Шепелевых, оставляя в стороне старших сестер Елизавету и Анну, вышедших замуж и ставших генеральшей Кутайсовой и княжной Голициной. А ведь с самого начала самостоятельной жизни каждая из них требовала свой кусок. Так и родился проект «домашней сделки». Вот что об этом писал Николай : «в 1836 или 1838 годах предложено было между братьями и сестрами, то есть между всеми владельцами Выксунского имения, выделить сестер… предложено было выплатить им по 500 000 рублей ассигнациями каждой. Из проекта, составленного 2 апреля 1837 года видно: « выплатить означенное приданое в продолжении 8 лет; недвижимое имение должно быть оставаться нераздельным». В результате этого в 1838 году родилось предписание Выксунской конторе. «1 мая 1838 года. …до выплаты 500 000 рублей ассигнациями, платить каждой по 40 000 рублей в год ассигнациями». Более чем по 3000 тысячи рубликов в месяц. Неплохое содержание, да не следует забывать, что не за голь перекатную они и замуж вышли.
    В 1839 году Езизавета умерла и на стражу ее доли, перешедшей по наследству ему и детям, встал муж генерал Иван Павлович Кутайсов, сын не безызвестной Прасковьи Петровны Лопухиной и обер-гофмейстера, члена государственного совета, графа П.И.Кутайсова.
    Но бизнес и заводское хозяйство это не проекты и предписания выксунской конторе. Восьмилетний срок, назначенный для выплаты долгов оканчивался в 1845 году, и к тому времени накопилась недоимка даже в суммах, которые получали сестры на содержание. Видимо, природа капитально отдохнула, когда появлялись на свет участвовавшие в этой заварушке Шепелевы, Кутайсовы и Голицины. Не случилось среди них таланта, способного продолжить дело предков и преумножить состояние.
     А может быть, все было и не так. Может быть, бились каждый за свой интерес. Каждому хотелось стать единовластным или хапнуть свою четверть и забыть, как страшный сон, фамилии предков. Причем самые «беспородные» младшие братья Иван и Николай Шепелевы, всего-то дети генерала и внуки заводчика, купившего себе дворянство, явно проигрывали могущественный кланам Кутайсовых и Голициных, вроде бы стоявших в стороне от заводских неприятностей. Тем не менее, слух о «совершенном идиотизме» братьев, благодаря Антону Дельвигу в 1846 году был рожден и распространился. Финансовое состояние заводов послужило тому, что в 1846 году последовал Указ Его Императорского Величества: « надо всем вообще Горнозаводским имением Г.г наследников Шепелевых опекунского управления с назначением в оное полковника Сухово-Кобылина и графа Кутайсова», « а поручику Ивану Дмитриевичу Шепелеву предоставить, чтобы он для совместного управления имением… избрать и с своей стороны опекуна».
    Так на Выксе появляется Василий Александрович Сухово-Кобылин, полковник артиллерии в отставке, заслуженный воин, потерявший в битве при Аустерлице глаз. Честнейший человек, по свидетельствам современников. Да и не бедный, что бы соблазниться на применение в отношении опекаемого имущества, каких-то серых схем. Бывший военный начал с непрофильных активов. Как уже написал, театр, зверинец, парковые изыски и прочие Шепелевские затратные проекты были остановлены. Участников театральной труппы, состоявшей большей частью из крепостных, распродали или перепрофилировали. Так же и с театральным имуществом. Здание театра закрыли, обогревать прекратили. И вот тут возникает вопрос к фантазерам, излагающим историю Сухово-Кобылина младшего в связке с Шепелевским театром. Свадьбу Кречинского он начал писать после 1850 года, когда о Выксунском театре уже начали забывать. Согласно его дневниковых записей в 1854-1855 году он дорабатывал ее в Выксунском имении родственников. Почему родственников? Матушка его Мария Ивановна Сухово-Кобылина урожденная Шепелева. Вывернулись же генеральские дети в надежде на какие-то бонусы от опекунского управления, осуществляемого родственником. Да не сбылось. Поток денежных средств в карманы четверки был так же минимизирован.
      23 августа 1848 года указом Ардатовской Дворянской опеки №769 назначено в выдачу ежемесячно на содержание: «Ивана и Николая Шепелевых по 300 рублей серебром (сверх того Ивану Шепелеву на наем квартиры и прочия необходимыя издержки по 200 рублей серебром в месяц). Княгине Голициной по 200 рублей серебром, малолетним детям графини Кутайсовой обоим вместе по 100 рублей серебром в месяц, сверх того на содержание прислуги и лошадей по 50 рублей, а всем троим по 150 рублей в месяц». В десять раз меньше, чем хотелось бы сестрам в 1838 году. А уж пассаж про наем квартиры Иваном Шепелевым… Не нашлось ему места ни в домах при заводах, не в шикарном московском доме на Швивой горке. Высок был градус противостояния родственничков.
      И вот что интересно. Десятилетний период опекунского правления под руководством В.А.Сухово-Кобылина как-то очень и очень скромненько представляется нам исследователями этой истории. Этот доктор не помог, а посему прочь со двора и подайте другого. Но существует документ. Долговой реестр по заемным обязательствам относящийся к выксунскому имению представленный в опекунское управление. Период 1846-1856 годы.  Общая сумма долга 321 964 рублей. Не выплаченный остаток 83 626. Очевидный прогресс и через год, полтора- долги погашены и заводы выходят на стабильный режим. История все более и более приобретает детективную окраску. Чьих надежд не оправдал честный полковник артиллерист Сухово-Кобылин? Вместо дальнейшего разорения и доведения заводов и имения до продажи, он стабилизировал обстановку. Пошел поперек. Видимо, устремления собственников, уже прогнозировавших траты сумм, полученных от будущей продажи, не состоялись. И ничего не оставалось, как аккуратно, не разрушая производственные мощности, раздувать конфликт дальше.
     Десятилетнее присутствие в Выксунском имении В.А.Сухово-Кобылина с супругой, приезды талантливых, не в пример Шепелевым, их детей, естественно, внесли в историю Выксы свои картины, дошедшие до нас в их воспоминаниях, письмах, произведениях. Даже не так, не внесли, не создали, а сохранили для нас.
     Но, почему-то, выксунский период Сухово-Кобылиных закручивают вокруг одного персонажа, унаследовавшего не самые лучшие качества своих родителей. О жестокости матушки в отношении крепостных находим не в одном источнике. Стоит ли он этого? Блестяще образованный негодяй, увлеченный творчеством Н.Гоголя и Островского, написавший три небольшие пьесы. Популярность «Свадьбы Кречинского» есть результат всегда срабатывающего черного пиара. Написана в застенках, человеком, обвиняемым в серьезном преступлении. Согласитесь, все, что строится на скандале, имеет бешеную популярность. Поэтому и театральные постановки с аншлагами. Хвалебные оды критиков- либералов, вдолбившие в головы театралов что «это хорошо». Но почему-то все забывают, что став от излишка свободного времени в тюрьме, драматургом, не перестал быть до конца жизни подозреваемым в убийстве или его организации, ярым русофобом. Недостаток умело скрытых улик, не позволили отправить этого представителя бомонда на каторгу.
    Не лучше ли завязать подачу Выксунской истории с Елизаветой Васильевной, ставшей в замужестве Салиас де Турнемир, воспитавшей автора «Владимирских мономахов». Увлекаясь с юности литературой, писала под псевдонимом Евгения Тур, она устроила в своем доме литературный салон, считавшийся одним из лучших в Москве того времени. В разное время егопосещали А. И. Тургенев, Н. П. Огарев, Т. Н. Грановский, Н.X.Кетчер, В. П. Боткин, И. С. Тургенев, А. И. Левитов, В. А. Слепцов, Н. С. Лесков, К. Н. Леонтьев и другие.  Очень хорошо о ней отозвался А. Н. Островский, приветствовавший рождение «нового самобытного таланта». «Блестящие надежды, возбужденные госпожою Тур, — писал И. С. Тургенев, — оправдались настолько, что уже перестали быть надеждами и сделались достоянием нашей литературы: дарование госпожи Тур, слава Богу, не нуждается в поощрении и может с честью выдержать самую строгую оценку». И несколько капель литературы выстраданных братцем, возможно и при ее участии,  не идут ни в какое сравнение с объемом литературного наследия оставленного Елизаветой Васильевной и ее сыном. Да и для чего спешил Александр Васильевич на Выксу, что бы почитать свою «пиесу» созданную на основе неоригинального сюжета, а проще говоря анекдота, сестре? Там и происходила правка текста?
   Конечно же стоит ее, эту подачу выксунского исторического материала, наполнить историей и второй сестры  Софьи Васильевны Сухово-Кобылиной. Учителем живописи Софьи Васильевны был русский художник-пейзажист Егор Егорович Мейер. Быстро распознав в девушке художественный талант вкупе с трудолюбием и целеустремлёностью, академик Мейер ходатайствовал о её приеме в Петербургскую Императорскую Академию художеств. В 1851 году за присланный в Академию художеств пейзаж «Вид из окрестностей реки Выксы близ Мурома во Владимирской губернии» она была награждена большой серебряной медалью. В 1854 году Софья Васильевна окончила обучение в Академии художеств с Большой золотой медалью, полученной ею за два крымских вида, написанных с натуры и картину «Сосновый бор в окрестностях Мурома», созданную по этюдам из Выксы. Своё награждение золотой медалью Софья Васильевна впоследствии изобразит на автобиографичном полотне «Софья Васильевна Сухово-Кобылина, получающая на Акте в Академии художеств первую золотую медаль за „Пейзаж“ с натуры», тем самым продемонстрировав, что путь в академическую живопись отныне открыт и для женщин. В 1857 году Софья Васильевна уехала в Италию. В Риме её дом стал центром, где собирались все приезжающие туда русские живописцы, ценившие в ней и талантливую художницу, и женщину тонкого и блестящего ума, благородного и горячего сердца. После смерти Софьи Васильевны на академической выставке 1868 года было представлены 174 её художественных произведения. Почти все они были распроданы, что свидетельствует о высоком творческом мастерстве художницы.
   Вернемся к Выксе и Шепелевым. Надеюсь вы поняли, что отступление от темы дано с одной мыслью, показать уровень сестер, братьев и прочих участников драки за имение, а фактически за деньги.
    Следующее десятилетие можно охарактеризовать, как войну опекунов, представителей Шепелевых. Бесконечные жалобы в разные инстанции, суды, обман друг друга устроили в финансовой заводи заводов настоящий шторм.
В своем прошении Николай Шепелев в апреле 1859 года он пишет министру финансов: «ценность заводов определена для продажи в 4 200 000 рублей серебром, долгов же на имении состоит не более 2 000 000 рублей серебром». Откуда? Да это уже не шторм, а самая настоящая буря. Конечно, большого ума не нужно, чтобы задолжать за три года два миллиона серебром. Ну, а как же опекуны с их коллегиальным принятием всех решений, оформленных в журнале, надзор Горного Департамента, губернского опекунского совета? Или Николай по обыкновению врет, завышая сумму долгов, или конспирологическая версия имеет место быть и заводы постепенно вели к продаже, разоряя, чтобы получить на сей счет Высочайшее соизволение.
    И вот 18 июля 1861 года положением Комитета министров  была назначена и Высочайше утверждена продажа с публичных торгов имения Шепелевых. Но, как указано в письме вице директора Министерства финансов горного департамента от июля 1865 года Ф.Рассела «возмещение казенного долга (1 500 000 рублей серебром) посредством публичной продажи сопряжено с значительными затруднениями». Поэтому с 1861 по 1865 год охотников на сей металлургический бриллиант, отягощенный оправой из долгов, так и не нашлось. Но продажу отменили лишь после того, как были найдены желающие получить имение с заводами в аренду. В 1864 году иностранец Матте приступил к составлению акционерного товарищества с «довольно значительным капиталом». В ноябре этого же года появился еще один претендент на аренду. Старший Караимский Гассан Фиркович. Причем, согласно проекта договора, составленного им и Николаем Шепелевым, срок аренды предлагался на выбор в 12, 18 лет или 24 года. А иноземные граждане хотели 37 лет. Именно за эти периоды арендаторы должны были ликвидировать казенные долги. Но, почему-то, Министерство финансов горного департамента 3 июня 1865 года отдало предпочтение иностранцу, находящемуся в процессе организации акционерного общества, причем заявившему, что на погашения долга им необходимо больше на 13 лет, чем Гассану Гавриилу Семеновичу Фирковичу. Такая вот информация к размышлению.
   Итак, год 1865. Министерство финансов, горный департамент в ответ на просьбу Ивана и Николая Шепелевых дает разрешение о передаче имения в аренду на 37 лет образованному Британскими подданными «товариществу Русских Выксунских горных заводов». Директором товарищества назначен капитан английского флота Август Гобарт. 2 августа заключен договор.  Договор спасительный для заводов. Товарищество обязуется внести 600 000 рублей в качестве оборотного капитала, на момент договоренности отсутствующего, и за 37 лет погасить все имевшиеся долги. Правительство, почему-то, легко дало согласие на такую рассрочку. Выплата на прожитье братьев Шепелевых от товаришества по договору аренды составляла 25000 рублей в год. Документ от арендаторов подписал капитан английского королевского флота Август Гобарт.
   А с чего бы англичанам инвестировать в отсталое российское производство? Вы никогда не задумывались? В погоне за качеством Выксунских изделий? Нет. Вырубить остатки леса в Шепелевских дачах и рядом и отправить к себе на остров? Не слишком ли затратно? Посчитайте логистику и, я думаю, для заготовки дерева можно найти что-то поближе. Ширма. По современному- оффшор. Других объяснений, похоже, и нет. Очень удобно, в случае возникновения каких-либо разногласий, с собственниками, с правительством, перевести их в затяжную переписку с оппонентом  из далекого заморского государства. Видно была нужда скрыть настоящих арендаторов, либо велик был риск.
    Тем не менее, бумаги оформлены, деньги вложены, работа пошла. И пошла неплохо. Кипел металл, звенели клейма, оставляя на изделиях метку «Выксунских руд». Даже использованные рельсы Тагильского завода переплавляли с добавлением местной руды и продавали по ценам как из выксунской. Забегая вперед, из тридцати лет существования ОГВЗ убыточными были только семь.  Это 1885, 1886, 1894,1902, 1905,1906,1907 годы. Это сведения из книги «Славная история» 1957 года и исследований краеведа Н.А. Князевой. То есть, с начала возникновения аренды, заводы стали давать прибыль. Неплохо?
   В 1865 году умер Иван Дмитриевич Шепелев. До 1868 года суд решал кто же унаследует наше металлургическое «счастье». Каким-то образом Николаю удалось «убедить» судейских и он на несколько лет становится единственным наследником. И вот здесь вовсю проявились его человеческие качества. Какие, судить вам.
    11 апреля 1872 года рождается некое дополнение к договору. «В разъяснение, изменение и добавление договора, заключенного между братьями Шепелевыми титулярным советником Николаем и поручиком Иваном (умершим в октябре 1865 года) и после которого единственным наследником, по постановлению Нижегородской палаты Гражданского суда от 30 ноября 1868 года признан брат его Николай Дмитриевич Шепелев и Русским товариществом Выксунских горных заводов …. постановляет:  Третий пункт договора 2 августа 1865 года возлагающий на товарищество обязанность внести в кассу Выксунских заводов 600 000 рублей серебром оборотного капитала вовсе отменяется. Товарищество содержит оборотный капитал в том размере, в каком сочтет необходимым.» Шепелев вмешиваться в этот процесс не может. И так дальше, и в том же духе. Товарищество выплачивает Шепелеву более 300 000 рублей серебром. «С получением означенных сумм Шепелев отказывается от права ревизии заводских отчетов за упомянутые 7 лет и от всех претензий на товарищество по управлению заводами и имением в течении выше упомянутых 7 лет… На случай приезда в Выксу г.Шепелева, его родственников, доверенного или наследников, они имеют в своем распоряжении комнаты, обозначенныя на особом плане составленном для сего предмета и подписанном нами, Демиховским и Мекензи, все эти комнаты отапливаются от товарищества за счет общих расходов. Равным образом товарищество оставляет в распоряжении владельца имения картины и вазы на которые г. Мекензи дал расписку. г. Шепелев имеет право выстроить для себя на свой счет отдельный дом на месте, назначенном с обоюдного  соглашения Шепелева и местного директора.» Вот так вот. За 300 000 рубликов Николай Дмитриевич был лишен даже права занять лишнюю комнату в выксунском большом доме. И это в последние месяцы своей не такой уж и долгой жизни. 26 июня этого же года Николая Шепелева не стало. То есть поправки к договору были внесены чуть больше двух месяцев до его смерти. Это так, информация к размышлению номер два.
      Вообще история с наследованием частей Выксунского имения складывается как-то странно. Изначально было четыре основных наследника и одну седьмую получил Дмитрий Дмитриевич Шепелев, каковая в 1841 году, после его кончины присоединилась к четырем основным. Иван Павлович Кутайсов, владея своей частью, унаследованной от жены, умер в 1871 году и должен был бы участвовать в заключении договора 1865 года, а в 1872 году место его должен был занять наследник. Но Нижегородский суд определили единственным наследником Николая и получилось то, что получилось. И, как всегда… Ну, вообщем, на сцене появляется призрак княгини Анны Дмитриевны (Шепелевой) Голициной умершей в 1861 году. Чудны дела твои, Господи… Не она, конечно, а сын ее Лев Львович Голицин пользуясь доверенностью матери, выданной до ее кончины, начал разруливать дела имения после двадцатилетнего молчания.
        «1882 года марта второго дня, в дополнение, изменение и разъяснение двух контрактов, заключенных русским (Выксунским) железноделательным обществом с ограниченной ответственностью с бывшими владетелями сих заводов братьями Шепелевыми, 2 августа 1865 года и 11 апреля 1872 года. Мы, нижеподписавшиеся, Князь Лев Львович Голицин, по доверенности матери моей, княгини Анны Дмитриевны Голициной, которой все имение известное под именем Выксунских горных заводов, перешло в единственное владение по наследству и инженер генерал-майор Густав Егорович Струве заключили дополнительное условие в нижеследующем…» Как Анна Дмитриевна могла унаследовать доли братьев Ивана и Николая умерших позже нее в 1868 и 1872 году соответственно? Тем не менее, по этому договору до 1902 года эти Голицины должны были получать 40000 рублей арендной платы, забыв о наличии Александра Борисовича Голицина 1855 года рождения, наследника по линии Кутайсовых.
   Ну и 1891 год. Клиент созрел для сделки на условиях покупателя.   «1891 года февраля 6 дня явились к Валентину Ивановичу Кузовлеву, и.д. Московского нотариуса Николая Михайловича Поборыкина в контору его известные ему лично и к совершению актов законную правоспособность имеющие: поверенный матери своей вдовы Гвардии поручика Княжны Анны Дмитриевны Голициной, и камер-юнкера двора его Величества Князя Александра Борисовича Голицина в должности Егермейстера Высочайшего двора статский советник князь Лев Львович Голицин и Баварский подданный Антон Иванович Лессинг…для продажи имения Выксунские горные заводы. А взяли продавцы с покупщика за продаваемое имение денег серебром 1 495 746 рублей 91 копейку, включая в то число долг Санкт-Петербургской сохранной казне и вышеперечисленные долги Гос. Казны и Горного ведомства». То есть продавцы получили ноль. Сумма долгов и выплат по кредитным обязательствам соответствует сумме сделки и это при стоимости всего комплекса более четырех миллионов рублей серебром. Не кажется ли вам, дорогие мои, что от всей этой истории, завершившейся сделкой с непонятной суммой дурно попахивает? А ведь отношения между Лессингом и Голициным сложились уже как несколько лет. В 1885 году баварец перехватил управление акционерным обществом, после смерти управляющего этим образованием. Все как всегда. А.И. Лессингом и Л.Л. Голициным было учреждено новое общество почти с тем же названием. Начало его действия Высочайшим Указом было определено 22 февраля 1885 года. Но, не взирая на название и учредителей, основной задачей общества было погашение долга. Что же имеем? Как был казенный долг в 1865 году полтора миллиона серебром, так и остался. За двадцать шесть лет не уменьшился. Кто же создал такой благоприятный режим существования акционерного общества?
       В свете изложенных в хронологической последовательности событий, касающихся выксунского имения, с учетом технической составляющей проданной группы заводов, ни на секунду не усомнюсь в том, что некая часть суммы была получена продавцами, как ныне говорят «по серой схеме». Сколько там было, уже и не узнать. Эти же схемы позволяли главным акционерам «забить» и на выплату долгов. Бизнес, грязный он или белый, любит тишину.
    А теперь шаг в сторону. В 1863 году А.Е. Струве, обрусевшему немцу, военному инженеру, было поручено составить проект постоянного моста через Оку у села Щурова. С заданием он справился и ему, уже как строителю-подрядчику, было передано сооружение окского моста. Струве оценил сооружение 500-метрового моста через Оку в 780 тысяч рублей, а его конкуренты – иностранные заводы намеревались выполнить заказ за 1200 тысяч рублей. Сделав скрупулёзные расчёты, А.Е. Струве пришёл к выводу, что намного выгоднее будет не ввозить из-за границы, как поступали раньше, железные конструкции, части моста, а изготавливать их на месте. С этой целью он построил неподалёку от реки небольшую мастерскую. Аманд Егорович уговорил старшего брата Густава Егоровича принять активное участие в делах его завода. И с 1866 года предприятие стало называться «Завод инженеров братьев Струве». Нужен был металл. Обращаю ваше внимание, что примерно в это же время начинает функционировать товарищество Выксунских горных заводов. Подпись Густава Егоровича Струве на договоре от 1882 года между товариществом и Голициными накрепко привязывает их интерес к Выксунским заводам и снимает маски с загадочных англичан, арендующих наши заводы.
      5 ноября 1871 года Российский император разрешил инженер-полковникам Аманду и Густаву Струве и московскому 1-й гильдии купцу А.И. Лессингу учредить акционерное общество под названием «Общество Коломенского машиностроительного завода» и утвердил его устав. Директором-распорядителем был избран Г.Е. Струве. А 11 апреля 1872 года у Николая Шепелева за 300 000 рублей было куплено невмешательство в дела выксунского акционерного общества и возможность перераспределить сумму оборотных средств, или, скажем так, более гибко использовать эту денежную массу в пользу двух, а может быть и более, акционерных обществ. Ведь в этом же году братья купили горный заводик, почти загнувшийся из-за нехватки ресурсов в соседних Кулебаках.
       Такая же операция, позже, проведена в отношении другого наследника Л.Л.Голицина. Но тот оказался поумнее и в феврале 1885 года его пришлось вводить в число учредителей акционерного общества со всеми вытекающими, но он должен «передать все права и обязанности обществу согласно уставу».    
    Дела у общества Коломенского машиностроительного завода пошли успешно. На предприятии изготавливали мосты, строили железнодорожные вагоны, платформы, паровозы, пароходы, выпускали другую продукцию. Во многом благодаря инициативе братьев Струве завод становится не только крупным предприятием в центре России, но и известным в Европе. И на все это было нужно огромное количество металла, а посему судьба крепко завязанных с ним выксунских заводов сложилась благополучно, но это другая история. С командировками за границу к потомкам Лессинга, роскошным переплетом, качественными бумагой, иллюстрациями и прочая, прочая…
     Выводы? Каждый найдет свое. Кто-то, касаемо периода наследников, вспомнит басню Крылова «Оркестр» или сказку Шарля Перо о Красной шапочке. Кто-то скажет о роли воспитания потомков. Меня напрягает множество общих негативных черт у времени,  людей и их повадок минувших веков и современников в текущий момент. К великому сожалению прогресса в человеческих взаимоотношениях не случилось, скорее наоборот. А посему, как говорится: знания умножают скорбь.
 

ТЕАТР. часть 3

     Ну, надо же… История с театром никак отпускать не хочет. И вот уже толпа букв, складываясь в слова о нашем прошлом, просится на бумажный лист. Конечно же, упрек: а что сразу не досмотрел? - совершенно справедлив.  Но получается так, что копая в одном направлении, попутно обнаруживаешь факты, касающиеся, как казалось, уже отработанных тем. И история получает интересное продолжение.
      В этот раз добавить красок в нашу выксунскую историю позволила старая карта, на которую не раз ссылался в других работах. 1850 год. В это время издаются топографические межевые атласы Владимирской, Ярославской, Нижегородской, Симбирской и Пензенской губерний. Работы были организованы Военно-Топографическим депо Главного штаба, межевым ведомством и Русским географическим обществом для исправления межевых атласов. Проводились они под руководством Александра Ивановича Менде, ставшего после выполнения их генерал-лейтенантом. Так вот, уточняю, карта эта топографическая межевая."На топографических картахизображаютопорные геодезические и астрономические пункты, гидрографию и гидротехнические сооружения, населенные пункты, промышленные, сельскохозяйственные и социально культурные объекты, дорожную сеть, рельефы суши, растительный покров и грунты, границы. Подробность показа сведений о местности зависит от масштаба карты. Топографические карты создаются в единой установленной системе координат и высот, имеют стройную разграфку и номенклатуру листов, а также унифицированную систему условных знаков. По ним быстро изучают и оценивают местность, ориентируются по ней, определяют координаты и высоты точек, получают качественные и количественные характеристики различных объектов местности." На этой же топографическойкарте были нанесены границы участков, принадлежащих разным собственникам, что делало ее еще и межевой. Например, четко обозначалась собственноть РПЦ. На то время-великое дело. До этого времени на Выксе имели только план,составленный в 20-х годах XIX века в конце жизни Ивана Родионовича Баташева или в начале предпринимательской деятельности его зятя Дмитрия Дмитриевича Шепелева. План этот неоднократно демонстрировался нам в книгах Н.М.Арсентьева.
P1070553.JPG
Согласитесь, все изображено достаточно условно. Но здание старой оранжереи, примыкавшей к господскому дому, прорисовано отлично. Здание театра в конце аллеи, как и сама аллея, отсутствуют. Нет так же оранжерей, расположенных в одну линию с театром. Нет Лебединок, нет зверинца. Зато есть «починочная изба» в углу парка.
      А вот через двадцать с лишним лет бригада топографов, заехавшая на Выксу, к работе отнеслась совершенно иначе. При наложении двух карт топографической межевой, составленной под руководством Менде и современной, выявляются лишь небольшие разногласия, которые могли возникнуть из-за инструментария, использовавшегося при ее составлении и привязке к местности. Кроме этого, заказчиком этой работы, если на современный манер, было государство, что так же снижало вероятность искажений. Тем не менее, расстояние от главного дома до оврага, ограничивающего зверинец, явно меньше. Метров эдак на сто, сто пятьдесят И все-таки, если с поправкой на время создания, не доверять этой карте причин нет.  Давайте внимательно изучим интересующий нас кусок.
театр 3.1.JPG
Вот пруды. Вот завод. Церкви. Дома мастеровых. Барский дом с конторами. Парк, овраг, зверинец. А вот что между оврагом, отделяющим парк от зверинца и цветочно- липовой территорией за господским домом? К моменту составления карты, по выксунским легендам, в конце центральной аллеи должно находиться здание театра, слишком большое, что бы его не заметить и не нанести на карту. Как пишет Н.А.Князева: "Группа из четырех фруктовых и цветочных оранжерей примыкала к зданию театра, который располагался по оси большой липовой аллеи и отделял сад от зверинца. Среди них были: одна персиковая, абрикосовая, слив и вишни, одна виноградная и две ананасные. Здание виноградной оранжереи было каменным, остальные деревянные."  Вместо этого парк заканчивается каким-то длинным, во всю его ширину, строением, судя по цвету изображения- деревянным. Что это и где театр? Не нужно далеко ходить. Параллельно с легендами о здании театра, который «в конце центральной аллеи», нам предлагают  рассказ об оранжерее, стоящей с ним в одну линию. Имеющиеся насыпи и остатки кирпичных фундаментов делают невозможным опровержение данного факта. А вот когда и кем во главу угла при определении местоположения театра была поставлена  центральная аллея, ведущая от середины барского дома к зверинцу, определить не удалось. Но кто-то сказал, написал и пошло, поехало. Место определи, никто и никогда это не оспаривал, так и прижилось. Да еще и предвоенная постройка летнего кинотеатра на залегендированном месте добавила уверенности адептам этой версии.
      А вот карта говорит, что центральная аллея упиралась как раз в середину длинного, судя по карте, деревянного здания. По аналогии с другими подобными парковыми ансамблями того времени, парковая территория в большинстве случаев, заканчивалась оранжереями, стоящими параллельно главному усадебному дому. Что, собственно мы и имеем в нашем случае. Оранжереи строили в зависимости от богатства хозяина. Они могли быть простыми деревянными, а могли быть настолько изысканными, что ничем не уступали  дворцам, при которых существовали.
        Шепелевские оранжереи, скорее всего, были деревянными на основательном кирпичном основании. Размах и масштаб соответствовали запросам Дмитрия Дмитриевича Шепелева и сына его Ивана, в период правления которых на Выксе они и возникли. Старые, еще Баташевские, примыкавшие к восточному крылу барского дома, к этому времени не использовались, обветшали и разрушились, а часть их сломали при постройке восточного флигеля.
       Так что же с театром? Л.И.Шестеров в работе о выксунском парке пишет нам: «Сохранилось несколько отзывов о Выксунском парке современников этого периода. Так, например, скептически настроенный ко всему Е. Феоктистов в своих воспоминаниях пишет: "Я всегда страстно любил деревню, а Выкса представляла собой нечто среднее между деревней и городом; хорош был в ней только сад при барском доме - старинный, громадный и который в мое время (50-е годы ХIХ в. - Л.Ш.) содержался еще довольно исправно". Феоктистову вторит восторженно-взволнованный отзыв экономиста В. П. Безобразова. "К главному дому примыкает громаднейший сад-парк, немой свидетель романтических приключений всех красавиц своего времени, с грандиозными аллеями, вековыми деревьями и разными искусно придуманными и отчасти таинственными перспективами для иллюминаций и для разных оптических обманов. По сказаниям выксунских жителей, в этом саду по ночам бродят тени бывших обитателей этой пышной резиденции".» И ни слова о театре. О театре, как объекте паркового ансамбля.
       А давайте-ка  вернемся к карте Менде. Справа от оранжереи на карте имеется изображение кирпичного здания. Здание сие действительно продолжает ряд оранжерей, но фактически находится за границей парка, или на границе.  Если соотнести его с чем-то кирпичным, имеющимся поблизости, то получаем постройку по размеру не уступающую основному корпусу Баташевско-Шепелевского дома. А ведь, пожалуй это и есть то, что мы ищем. Могла ли быть проложена туда аллея, которую перепутали с центральной? Да запросто. Боковая аллея, параллельная центральной, до сих пор ведет нас к этому месту.
      Да, необходимо еще помнить, что выксунский парк в нашем понимании это совершенно не то, что было во время заводчиков Шепелевых. Клумбы, небольшие подстриженные липы и кустарники, мраморные статуи и прочий, соответствующий тому времени шик. И тень и прохлада, от выросших в гигантов,  когда-то облагораживаемых деревьев, сегодня.
      А что если?.. Берем основные стандарты, если можно так сказать, того времени, касающиеся усадебного строительства и паркового хозяйства, описание театра, сходство его с одним из столичных, немного интернета, фотошоп и получаем картину усадьбы Шепелевых лет эдак двести назад.
усадьба.jpg
Все ли в этот раз о театре и его месте?  Не факт.  






 
28 февраля 2017 года очень тихо, без шумихи, ненужной помпы, совещаний с электоратом, состоялось историческое решение выксунского совета депутатов. И наконец-то мы с вами, дорогие выксунцы, стали жить еще лучше. Теперь у нас есть герб округа. Настоящий. Соответствующий всем геральдическим правилам и требованиям геральдического совета при Президенте РФ.  Долго шла работа по приведению нашего бывшего, того что с трубами, мартеновским ковшом и духом Выксы к требованиям этого совета, заложенными незабвенным царем Петром I и мало изменившимися до нашего времени.  Но тут за дело взялся  Александр Кобяков, сплотив вокруг себя команду единомышленников. Кто же они, эти люди, которым мы должны быть благодарны? Соавтор идеи Александра Кобякова- Анна Малявка. Так как в Выксе местные художники и дизайнеры, скажем так, наверное, все же слабоваты, то дизайн и компьютерную графику выполнила Анна Гарсия из Москвы. Геральдическую доработку провел член  геральдического совета, который последние лет семь- восемь прессовал выксунскую администрацию о необходимости поменять наш старый герб на соответствующий требованиям, Константин Моченов из подмосковного города Химки. Ну а уж обосновал символику сам Александр Кобяков, правда с помощью опять же члена геральдического совета Вячеслава Мишина из того же города Химки. Не думаю, что команда, исключая конечно Александра  Кобякова, работала бесплатно. Он, скорее всего, платил, оказав спонсорскую помощь администрации округа и прикупив, тем самым, авторство.
Так с чем же мы с вами будем жить дальше? Теперь на нашем выксунском гербе изображена самка единорога. Такая лошадка с рогом на голове. Как члены геральдического совета пропустили такой факт, не представляю. Ведь везде в правилах, которые они блюдут на протяжении веков, говорится об изображении единорога, то есть самца. А на нашем гербе половые признаки животного все-таки больше соответствуют самочке. Что, художник постеснялся? Или опять все переведем в разряд условностей?
Ну да ладно, с этим, в нашем толерантном мире жить как-то можно. Подумаешь, кастри….., извиняюсь, провели операцию по изменению пола у животного. Где-то даже и модно. А вот что делать с этим?
26665.jpgгерб2017.JPG
Слева герб города Лысьва Пермского края. Образ единорога там, как официальный символ города, был закреплён в 1998 году по инициативе депутатской группы главы района Сергея Рихтера и утвержден Решением Лысьвенской городской Думы «О гербе города» от 28 июля 1998 года №175. Авторами герба стали ученый и краевед Ю. Н. Николаев  и кандидат исторических наук, доцент Пермского госуниверситета В. В. Мухин.  Разработкой герба занимался график, член Союза художников, Народный художник РФ, художник Пермской геральдической комиссии А. П. Зырянов.  Он же, совместно с Л. А. Колчановой, осуществлял художественное оформление герба. Надо отметить, что вышеуказанные уважаемые пермяки, тоже не заморачивались, а сдули единорога с герба дворян Шуваловых, владевших в Лысьве металлургическим производством.
  Ну, а справа, наш с вами нынешний герб. «Вдохновение» группа авторов черпанула в гербе металлургов-промышленников Баташевых. Или герб Лысьвы понравился так, что не удержались и… Найдите десять отличий. Конечно, предвижу возмущенные голоса типа: «гербы все одинаковые, содержание их повторяется много раз и т.д. и т.п.» У тех, кто так говорит, а главное думает, хочется спросить: Выкса настолько убога, что не заслужила права на что-то более оригинальное, свое?
  Плагиат- умышленно совершаемое физическим лицом незаконное использование или распоряжение охраняемыми результатами чужого творческого труда, которое сопровождается доведением до других лиц ложных сведений о себе как о действительном авторе.
                                                                                                            В.Королев

Мое мнение.

      «Нерон вернулся… Да, да… Нерон вернулся…» Шепот отовсюду. На рынке, у банкоматов, на автобусной остановке. Вслух этого никто не скажет, а на уровне шелеста бумаги или осенней листвы это проникает в мозг и находит там согласующие звенья. Встраиваясь в логические цепочки, усиливается до крика  фраза: НЕРОН ВЕРНУЛСЯ!
  19 июля 64 года, согласно легендам, когда императору донесли о пожаре, он выехал в сторону Рима и смотрел на пылающий город с безопасного расстояния. При этом Нерон был одет в театральный костюм, играл на лире и декламировал поэму о гибели Трои.
  Ну а теперь? Нет, нет, пожара не будет. В 2017 он будет наблюдать за тем, как нанятые художники, с помощью тонн красок создают на стене огромной заводской постройки живописное полотно. По имперским планам оно должно быть самым большим на планете, чтобы прославить его- основного акционера нашего маленького выксунского мира.
 И это ежегодно. Фестиваль во славу… Имя действа соответствует на сто процентов. АРТ-ОВРАГ. Срываясь с его края в темную глубину сознания приглашенных авторов, несущих нам псевдо искусство, перестаешь ориентироваться в реальности. Что и требуется  затейникам.
 А в это же время, когда интернет разрывает от заказных положительных отзывов на это действо, направленных на уши кремлевских, правительственных аналитиков и тех, кто еще ничего не понял или не хочет,   на улицы нашего моно городка, пинками выгоняют с заводской территории ставших в одночасье ненужными работников завода. Экономический кризис. Оптимизация производства. Сокращение. Сколько раз мы с вами слышали эти фразы заклинаний из черной магии, после которых количество проклятий увеличивалось в геометрической прогрессии в адрес хозяина и его ставленников, которых иногда отбирают по цвету штанов на разовые задачи.
  И еще одна, набившая оскомину, мантра от хозяев завода-города: «Мы же платим налоги, Мы один из крупнейших налогоплательщиков области…» А посему можно сбросить всю затратную социалку. Профилакторий для работников- на продажу, не нужен. Зона  отдыха на продажу тоже. Потенциал заводской медсанчасти искусственно задушен и краник продолжают прикрывать. Музей истории завода, возникший на месте специально для этого убитого районного краеведческого,  как музей не работает. Его максимум- большая бестолковая выставочная площадка для демонстрации чего-то иногда и не очень ценного. Тихо убирать научились. Ну тесно стало появившемуся недавно на нашей земле по воле ОМК филиалу МИСИСа, с филиалом Нижегородского Политеха. И где последний?
   Дети. Лагерь «Звездный» закрывают на двухлетнюю реконструкцию. Конец ее, в свете текущего момента, совершенно не очевиден. Детские сады и жилье на плечи местных. Их ведь семьдесят тысяч, а нас, заводских- пятнадцать. Выдюжат. То же самое и с единственным дворцом культуры. Наверное, скоро вернут и закрытый полигон для бытовых отходов, который хапнули втихаря несколько лет назад. Зачем? Что бы не тратиться на законную утилизацию заводских отходов разного класса опасности?
 История повторяется. Белые люди, прилетевшие на самолете, сначала не жалели для нас ни одеял, ни тушенки, ни стеклянных бус. Постепенно одеяла с тушенкой испарились вместе с перемещением заводских акций в нужные карманы. Да и бусы заканчиваются. Давно пора начинать бить в бубны, для того чтобы нас услышали. Ан, нет. Все наши боевые барабаны исполосованы их ножами.
     Мы свое получили и получаем. За то, что молчали, за то, что продали акции, за гибкость в пояснице, за равнодушие, за бегство от себя к раздаточному окошку. Ну а бумеранг, запущенный теми, кто все это затеял, не найдя добычи,  уже устремился назад, выцеливая висок или затылок. Увернутся? Сомневаюсь. Для того, чтобы Господня рука отвела  и оберегла не хватит храмов, восстановленных на дурно пахнущие, хотя и многократно постиранные, деньги. Индульгенции продаются, но не работают. Для Него последняя монета нищего, пожертвованная на храм, гораздо важнее.
 
     На представлении "Горькой судьбины" издательница детского журнала А.Н.Пешкова-Толиверова встретила Тургенева.
- Вы, верно, пришли поплакать? - не без иронии спросил он свою знакомую. - Женщины всегда плачут в театре.
- А вы видели Стрепетову? - спросила она.
- Нет, Стрепетову не видел, а "Горькую судьбину" знаю, тяжелая вещь...
Пешкова-Толиверова не стала продолжать разговора, а решила подождать конца спектакля... И уже после первого акта увидела, как у Ивана Сергеевича лились по щекам слезы, он их не вытирал.
- Все говорят о школе... Но выучиться ТАК играть - нельзя... Это сама действительность, сама действительность...- повторял потрясенный Тургенев.
И так каждый раз артистка проживала чужую жизнь как свою, растрачивала себя безудержно, опустошительно.Strepetova_PA.jpg800px-Strepetova_by_Repin.jpg
Вот что о ней в Википедии.
Поли́на (Пелаге́я) Анти́пьевна Стре́петова (1850—1903) — российская театральная актриса.
Родители Стрепетовой и точная дата рождения Полины неизвестны, её ребёнком подкинули на крыльцо дома нижегородского театрального парикмахера Антипа Стрепетова. В его семье она и была воспитана. Детство провела в Нижнем Новгороде. Приёмный отец - Антип Григорьевич Стрепетов. Приёмная мать Елизавета Ивановна была актрисой, обладательницей сопрано. Вместе со своими сёстрами и братьями служила в крепостном театре Д. Д. Шепелева (её отец, Иван Кочетов, был управляющим его выксунского имения)
А вот что пишет Н.Д. Комовская в работе «Из истории крепостного театра на Выксе», ссылаясь на труд П.А.Стрепетовой «Воспоминания и письма» (Асademia, 1934. – С. 69–91, 511–513).
О барском «внимании», пагубном для крепостных актрис, говорит также история талантливой семьи Кочетовых, одной из немногих крепостных семей, чьи имена сохранила история в связи с Выксунским театром. Сестры Кочетовы – Мария, Елизавета и Любовь – были старшими дочерьми Ивана Кочетова, крепостного Шепелева, управлявшего его имением. У них были разные амплуа: Мария выступала как драматическая артистка, Елизавета – как певица, Любовь – как балерина. Остальные члены семьи состояли при театре на ролях статистов. Сложный и трудный путь артистической семьи Кочетовых подробно описывается в воспоминаниях П. А. Стрепетовой, приемной дочери Елизаветы Ивановны Кочетовой, в замужестве Стрепетовой. Этот путь связан и с именем Ивана Шепелева, владельца Выксунского театра. Кочетовым туго пришлось в Выксе. Они вынуждены были бежать оттуда, так как старшая из сестер Кочетовых, Мария, получила неожиданно от Шепелева предложение сделаться его экономкой. Мария на это не согласилась, и вся семья во главе с возмущенным отцом должна была покинуть Выксу в двадцать четыре часа. П. А. Стрепетова подробно рассказывает в «Воспоминаниях», как они бедствовали после вынужденного отъезда из Выксы, пока им не удалось устроиться в Муроме, где на плечи второй дочери Кочетова, Лизы, легли заботы о всей семье.
Елизавета Ивановна Кочетова, певица, была наиболее одаренная из всех сестер. Своим исполнением она настолько выделяласъ среди других, что Иван Шепелев в бытность свою хозяином Выксы как-то предложил ей ехать за границу учиться пению – такое количество похвал он наслушался о ней от одной заезжей итальянской знаменитости, перед которой Елизавета Ивановна выступала в Выксе. Как гласит семейное предание, Кочетов осмелился не пустить дочь за границу и, как ни странно, не получил за это никакого наказания. Зато результат отказа другой дочери, Марии, от барского предложения был плачевен: Кочетова просто-напросто выгнали из Выксы вместе с семьей. Несомненно, театр в Выксе сильно от этого пострадал, лишившись сразу трех талантливых артисток. У владельца же Выксы не стало преданного ему человека, никогда не злоупотреблявшего, подобно другим, своей властью управляющего. Впрочем, кто в Выксе обращал внимание на такие «пустяки»!
Так что же соответствует действительности, а что нет? В истории самой П.А.Стрепетовой сомневаться не приходится.  Мне она интересна тем, что окажись подброшенная девочка на крыльце дома в котором проживал какой-нибудь кузнец с семьей, Россия не получила бы великую драматическую актрису. Почему великую? Вспомните начало статьи. Плачущего Тургенева. Кроме этого известны три художественных портрета П.А. Стрепетовой. Один из которых кисти Ильи Ефимовича Репина. О чем-то это да говорит.
А вот любовь к театру и желание лицедействовать Полина могла приобрести только под влиянием приемной матери, получившей свои театральные навыки на подмостках Шепелевского театра в Выксе.
Вот здесь-то завязка кончилась и мы добрались до цели повествования.
     Семья Ивана Кочетова. В конце первой четверти  XIX века в Выксу, с целью ведения бизнеса, если по-современному, прибывают, бывшие родственниками купцы Леонов и Кочетов. Ими куплены два дома. Леонов обосновался по нынешнему адресу переулок Пионера 5, а Кочетов- улица Ратюка 11.
P1070543.JPGP1070545.JPG
Домишки, продавших их мастеровых, снесены и на их месте построены два двухэтажных деревянных дома. Конечно, сразу возникает вопрос: откуда?  Проведенными изысканиями удалось установить, что в соседнем городе Елатьма существовал, достаточно мощный купеческий клан Кочетовых. Ну, а родственные связи, сохранявшиеся на протяжении более полутора сотен лет, позволяют предположить, что Леоновы прибыли из той же отправной точки. Кроме дома на Пионера-5 Леонов построил каменную торговую лавку на первой Выксунской базарной площади, у здания заводских контор. Место первого выксунского рынка ныне заботливо укрыто брусчаткой. Это территория перед зданиями милиции- полиции и гостиницы «Баташев». Ну а саму лавку те, кто постарше, помнят. Закончила она свое существование под вывеской кафе «Орфей», а ранее, с момента строительста и до лихих девяностых профиль не меняла, снабжая выксунцев продуктами, а затем детскими товарами.
 Иван Кочетов же в торговлю не пошел, а оказался на должности управляющего имением Шепелевых. Именно имением, а не заводским хозяйством. То есть- барский дом, парк, театр, конюшни, сады-огороды и прочая, прочая… Так что информация, то там, то здесь гуляющая по разным книжным и электронным ресурсам, о том, что Кочетовы это Шепелевские крепостные, не соответствует действительности.  Ничего себе, крепостной… Двухэтажный особняк построен по барски. На втором, господском, этаже  потолки высокие, одним словом- апартаменты, а на первом, как обычно низеньком, огромная кухня с «царицей» печью и несколько комнат для обслуги. «Холодная» лестница соединяла эти два пространства. Двор поперек перегораживал огромный сарай с гаражными воротами для брички или телеги, отделяя огромный огород, выходивший задами к Верхнему пруду. И только в советские времена, власть сочла чрезмерными такие земельные наделы и организовала улицу Красноармейскую на берегу пруда (Прохачевка), урезав площадь огородов.
   Кстати, от первой Баташевской застройки этого района почти ничего не осталось. Помните, как все начиналось. Здесь Баташев построил тридцать домов для мастеровых.  Естественно, что избушки были самые простецкие, как в Верхней Верее после пожара. Крутые кровельные скаты, что бы не задерживался снег, покрытые дранкой, два или три маленьких окна по фасаду, передняя теплая изба с печью и задняя- холодная.
P1010222.JPGP1010231.JPG
       Раз уж начали об этом, то надо бы и завершить. Почему береговую линию Верхнего, да и других прудов застроили позже?  Не нравился вид на водную гладь? Все гораздо проще. Застройка этих территорий стала возможна после перевода заводов с воды на другие источники энергии, а до этого уровень поверхности прудов не имел постоянного значения. Для обеспечения вращения колес заводских механизмов до следующего весеннего периода необходимо было сохранить как можно больше воды, что и делалось. Ну а кому хочется жить в зоне подтопления?  Поэтому концепция застройки поменялась только к концу XIX века.  До этого купеческие дома в переулке Пионера имели роскошный вид на прудовую заводь, почему и были тут построены своими хозяевами. Церковь Рождества Христова стояла на полуострове, организуя совершенно роскошный вид. Ну а из барского дома и со слободок Среднего и Нижнего заводов, при желании попасть в нее, нужно было пройти именно по  нынешнему переулку Пионера.  В начале века XX с площади перед барским домом в направлении Христорождественской церкви была отсыпана песком и шлаком еще одна часть плотины, по которой сегодня проложена современная дорога, что дало возможность застроить осушенную территорию между переулком и вновь организованным берегом пруда. Свидетелем этому является одна из первых фотографий, сделанных на Выксе с колокольни церкви.
Вид Выксы ВКМ2.jpg
 Возвращаясь к Кочетовым. То, что они не были крепостными Шепелева подтверждает часть легенды,  повествующая об изгнании семьи за ослушание старшей дочери. Вспомните, крепостное право отменили в 1861 году. До этого крепостные артистки за несогласие с пожеланиями хозяина оказались бы скорее на конюшне или огороде, на самых грязных работах, снижающих степень строптивости или в ожидании Юрьева дня, когда можно было поменять хозяев.  А тут ну-ка, взяли да уехали.
На самом деле, не будучи крепостными, уехали в Нижний Новгород в 1846-1847 году Елизавета Ивановна Кочетова (Стрепетова) с мужем Антипом, театральным парикмахером. Там в 1850 году на их крыльцо и подбросили будущую артистическую знаменитость.  Уехали они не по причине несносного поведения барина, а потому, что театр на Выксе перестал функционировать. В 45-м еще вовсю работал, согласно свидетельства Андрея Ивановича Дельвига посетившего по службе Выксу, а в 46-м, по его же описанию, во второй приезд все изменилось до неузнаваемости.  Ни постановок в театре, ни роскошных обедов…
Ну, а что до остальных членов семьи Кочетовых…
би768.jpg
Через пятьдесят лет, на рубеже столетий потомки управляющего имением продолжают жить в этом же доме. Внук Ивана Кочетова- Ион Васильевич Кочетов, служит по бухгалтерской линии на заводе. В эпоху Лессинга, являлся одним из  акционеров общества Выксунских горных заводов. На работу возили его на служебной бричке. В начале века двадцатого активно участвовал в организации на Выксе клуба интеллигентов. У Иона Васильевича четверо детей. Три дочери и сын. Дом, поэтажно, наследуют двое. Сыну достается второй этаж, а одной из дочерей- первый. Наследники Кочетовых до настоящего времени живут на первом  этаже, возможно, и не зная об этой истории.
P/S.
Думаю, что все станет понятнее, если напишу о том, что Ион Васильевич Кочетов- мой прадед. И некоторые домашние рассказы пересекаются с историей старой Выксы. О Стрепетовой услышал в детстве от бабушки, задолго до начала активного тиражирования ее жизнеописания. Возможно, что эти пересечения, в дальнейшем найдут свое место в следующих очерках.
                                                                                                                          2017 г. Владимир Королев.

Горностаевы.

      На что же похоже краеведение? Для меня это клубки разных нитей, из которых аккуратно вывязываются детали будущего. Вспоминаю свою бабушку. Привязывала она лопаску за шейку к стулу, крепила к ней кудель и из шерстяного облака неспешно вытягивала нить. Крутилось веретено, собирая ее на себя. Все это под неспешный разговор или в тишине, в лучах солнца, плавно переходящих со стола на кровать и дальше на шкаф. А ходики на стене беспрестанно о чем-то шептали, подчеркивая умиротворение и покой. Затем мелькание спиц в умелых руках, примерка и вот он свитер, с рисунком и горловиной, такой, чтоб тепло и не дуло. Сначала колючий, а потом родной и теплый, очень быстро становившийся коротковатым и тесноватым. И тогда история повторялась. Шерстяное облако, нить, спицы…
     Потянув за кончик нити, начиная разматывать один клубок, обязательно обнаружишь, что это часть чего-то большего, не менее интересного и достойного преданию гласности. Работая над историей знаменитого выксунца Алексея Максимовича Горностаева,  понял, что повествование будет интереснее, нить его толще и прочнее, если добавить, свить в одну, содержимое нескольких клубочков.
     В информационном пространстве Алексея Максимовича много. Естественно, по заслугам и вкладу. Архитектор, академик, преподаватель. А давайте «сходим» в самое начало его истории. Не сразу же все стало так. Звания, награды, жена итальянка, восемь детей. Википедия, историки архитектуры, Питерские и Выксунские краеведы, достаточно подробно рассматривают период становления молодого архитектора после его прибытия в столицу. В отношении же наших мест совершенно скудные фразы о том, что родился на Ардатовской земле в семье управляющего Выксунскими заводами, принадлежащими Ивану Родионовичу Баташеву, талантливого человека  Максима Перфильевича Горностаева. Алексей хорошо рисовал. Рисунки увидел, посетивший Выксу, журналист Павел Петрович Свиньин и с этого момента все и закрутилось. Случайность?
     Фридрих Энгельс в одном из своих трудов написал «случайность- непознанная закономерность». И конечно был не оригинален, так как эту мысль до него высказывали Левкипп, Демокрит и Аристотель. Давайте рассмотрим историю молодого Алексея Горностаева в разрезе этой словесной формулы.
     Отец. Максим Перфильевич.  Будучи крепостным в молодости обучался в Петербурге. Полученные технические знания, а так же знания трех иностранных языков, немецкого, французского, английского, позволили стать главноуправляющим Выксунских заводов. В 1803 году спроектировал и построил проволочный завод, который 120 лет снабжал проволокой всю страну. За свои заслуги старший Горностаев получил вольную и был записан в мещанское сословие.
      Вот оно начало. Передать свои навыки и умения младшему сыну Алексею Максим Перфильевич не смог, так как почти сразу после его рождения в 1808 году умер. Но гены никуда не денешь. Этого «заряда» хватило всем сыновьям Максима Перфильевича Горностаева и внукам.
     После смерти отца старший сын Иван в двадцать один год (1787-1853), так же получивший вольную, взял на себя заботу о семье. Личность, как и отец, неординарная, штучный товар, унаследовавший не только содержание семьи, но и управление заводами. Порядок был и тут и там. А посему, младший, Алексей не был обделен ничем, что впоследствии помогло ему стать тем, кем он стал. Старший брат знал немецкий и французский языки. Перевел с последнего «Гимнастику для юношества». Для кого бы? В 1823 году за поставки продукции для русской армии был награжден золотой медалью на алой ленте.
      Этот человек и стал первым воспитателем Алексея, сумев заложить в него множество навыков, необходимых для развития разносторонней личности, дал «генному заряду» возможность выстрелить. Утверждения о том, что будущий академик получил какое-то воспитание в семье Дмитрия Дмитриевича Шепелева, мягко говоря, не совсем соответствует действительности. Семья хозяина, то есть дети, няньки и воспитатели находилась в Москве, в особняке на Швивой горке, а Алешка на Выксе. И кто же его туда, в семью-то пристроит, да и за какие заслуги?
     Вот тут в наше повествование вплетается еще одна нить. Дмитрий Дмитриевич Шепелев. Не будь он, зять Баташева, военным, генералом, участником нескольких компаний, информации о нем было бы не более чем о его тесте- Баташеве младшем.  Причем, информация эта  практически вся несколько перекошена, мягко выражаясь в псевдо патриотическую сторону. Да и как занизить планку оценки героя Отечественной войны, чей портрет работы мастерской Джорджа Доу находится в Военной галерее Зимнего дворца.  Давайте, все-таки, попробуем рассмотреть личность его без розовых очков, которые нам  пытаются насильно водрузить на переносицу.
           Став полным владельцем… Нет, не так. Получив полный контроль над имуществом и капиталами умершего в 1821 году Ивана Родионовича Баташева, гусар, дворянин, генерал прослуживший всю сознательную жизнь в армии, вынужден был переквалифицироваться на хозяйственника, управленца. Об этом написано много. И в популярной литературе и в научной. Да, да. В 2007 году в Мордовском государственном университете имени Огарева, что в Саранске, кандидат исторических наук Седов Евгений Викторович защитил диссертацию на тему «Государственная служба и предпринимательская деятельность Д.Д.Шепелева». Далее с его участием, а так же профессора этого же университета Н.М.Арсентьева вышла книжечка «Д.Д.Шепелев герой отечественной войны 1812 года». И лишь по какой-то странной случайности в это же время Выкса готовилась к широкомасштабному празднованию немного неправильного юбилея местного металлургического завода. Вывод из всего написанного о Шепелеве: Ну не получилось… Не смог боевой генерал стать предпринимателем. Да все это на фоне кризиса в металлургической промышленности случившегося в России в начале XIX века. А вот мероприятия по женитьбе выстроил с военной четкостью. История эта повторяется маститыми историками из одного труда в другой. Почему-то все бездумно относят ее место к Выксунскому имению. Хотя коляска Шепелева в 1807 году «неожиданно» перевернулась в Москве, на Швивой горке, напротив дома Ивана Родионовича Баташева, и занесли «пострадавшего» во вновь отстроенный дворец. И до женитьбы на Дарьюшке Баташевой, Дмитрий Дмитриевич таких названий как Выкса, Виля, Сноведь и другие, вряд ли где слышал.
      Вообще, если немножко отойти от нити повествования, то нужно вспомнить о следующем. Заводы, построенные Баташевыми, технологически отставали от «англицких», того же времени, и имели конкретные сроки эксплуатации. Около двадцати пяти лет. Причины? Ресурсы. Вырубался лес, пережигаемый на уголь. Приходилось закупать, перевозить. Свой почти весь вырезали, и найти реликтовую сосну или ель, а они живут до четырехсот лет, в наших местах невозможно. Небогатая рудная база. И вот уже Иван Родионович Баташев, сидя над текстом завещания, упоминает в нем о долгах, которые оставит грядущему наследнику.  К концу  XVIII века, несколько меняется ассортимент  производимых товаров на заводах Ивана Родионовича. Конечно, при желании скрасить ситуацию, это можно преподнести как расширение этого самого ассортимента, которое должно бы повлечь за собой увеличение прибыли. Но в первом десятилетии XIX века совсем не просто так в Виле прекращается строительство пожарной каланчи и создание пожарной команды. В это же время остановлена реконструкция плотины на речке Урца, снабжавшей водой, а значит и энергией Сноведской завод.  Количество заказов сокращается. Да, выполняются они на Выксунских заводах качественно и в срок, но объемов их не хватает для содержания огромной заводской металлургической базы Ивана Родионовича. И не поэтому ли появляются заводик по производству бумаги в Ивантеевке, ткацкие мастерские на берегу Верхнего пруда в Выксе. Конечно, Горностаевы и им подобные содержат баташевские заводы в образцовом порядке, качество выпускаемой продукции на высоте. Но эти умнейшие технари- самородки не допущены к стратегическому управлению предприятиями. Решения принимает хозяин.
      Вернемся к Дмитрию Дмитриевичу Шепелеву. У Выксунских краеведов в свое время родилась версия о том, что именно он убедил И.Р.Баташева в необходимости реконструкции заводов и привлечении для этого заемных средств. А.Ф.Зыкин и Н.К.Князева пишут о генерале: «Он наладил учёт, заведя конторские книги, прекратил практику договоров на поставку продукции под честное слово. А главное – убедил своего тестя в необходимости проведения коренной реконструкции заводов (Выксунского Верхнего завода, Сноведского, Железницкого) с 1818 по 1824 годы с приглашением иностранных специалистов. В реконструкции приняли участие: Морган, Трувеляр, обрусевшие шотландцы отец и сын М.Е. и Е.М. Кларки. Эта реконструкция вывела заводы Шепелева на передовые технико- технологические позиции в производстве чугунного литья и в машиностроении». Здесь необходимо напомнить, что Дмитрий Дмитриевич только 2 апреля 1816 года оставил военную службу по состоянию здоровья «с правом ношения мундира».  И с трудом верится, что он кинулся с головой в заводские дела, в которых совершенно не разбирался. Вся его последующая жизнь доказывает нам его неспособность обучиться новому делу, перестроиться, довести что-то до конца, а посему, автором решения о реконструкции назвать его нельзя.
      Все-таки он попытался влиться в процесс. 1823 год. На сцене появляется Павел Петрович Свиньин. Личность очень не однозначная. Журналист, писатель, художник, собиратель издававший журнал «Отечественные записки». Характер Свиньина, его поступки и качество материалов в его издании было таково, что позволило современникам, а в их числе был и Александр Сергеевич Пушкин, мягко скажем, достаточно остро критиковать этого автора.
        Кто был инициатором нижеследующей акции сейчас уже и не установить. Рекламная компания Шепелевских заводов, с помощью Свиньина была проведена достаточно мощно. Книга Свиньина «Заводы, бывшие И.Р.Баташева, а ныне принадлежащие генерал-лейтенанту Д.Д.Шепелеву и его детям» была издана как отдельным тиражом, так и напечатана в двух номерах журнала «Отечественные записки». Фактически эту книгу написали работники заводов, чей список Свиньин с благодарностью дает  по ходу текста. А автор, только скомпилировал присылаемый ему на протяжении двух лет материал и поставил под сим творением свою подпись.
        Как мне  хотелось обелить Дмитрия Дмитриевича Шепелева, в надежде, что людская молва поступила с ним, так же как и с Баташевыми, незаслуженно наделив несвойственными качествами.  Но, пожалуй, в этом случае все соответствует. Привыкнув, за военную карьеру, посылать на смерть, он и с заводскими подчиненными отношения выстраивал по армейским меркам, так как иначе не мог.
       Итак, как и положено, нить повествования сделала несколько петель, завязавшись с другими крепкими узелками. И вот здесь мы подошли к точке, или месту где узор вязки меняется, дальше идет другой рисунок. Вернемся к Ивану Горностаеву. Тридцать шесть лет. Главноуправляющий Выксунских заводов. Только что получил медаль. Помогает Свиньину в написании книги о заводах, за что отмечен в этой же книге. И вдруг- разряд молнии. В 1824 или 1825 году  Иван Максимович покидает малую Родину. Уезжает из Выксы и становится чиновником в  Арзамасе, бросая дело всей своей жизни, да не только своей, а и отца- металлургию. А с 1826 по 1844 трудится в столице, в министерстве финансов, в департаменте разных податей и сборов, совершенно никак не относящихся к «железному делу», где дослужился до титулярного советника и должности помощника столоначальника. Там он приобрел небольшой деревянный дом в Рождественской части, имея 25 десятин земли в Тамбовской губернии. При всех звучных названиях должностей и званий из табеля о рангах, сказать, что Иван Максимович достиг на этом поприще каких-то высот- погрешить против истины. Да и в материальном плане, оставив Выксу, скорее всего потерял. Оклад его на новой должности составлял примерно двести пятьдесят, двести шестьдесят рублей ассигнациями в год. На Баташевских же заводах в 1818 году годовой доход литейного мастера был 270 рублей. Объяснить это, кроме как разногласиями с хозяином выксунских заводов, больше и не чем. В чем разногласия?- спросите вы. Да в подходах к ведению заводского хозяйства, отсутствие  объективной оценки вклада в производственную деятельность, реконструкцию заводов и т.п. Еще и грубость генеральская, которую крепостные терпели, а вот вольные этого делать были не обязаны. Очень характерная для Шепелева  реакция на, бродившие по заводам, слухи «о воле», возникшие после восстания декабристов в 1825 году. «Кто может отнять моих подданных? Царь? Он такой же помещик, как и я!»
       Утратив молодого талантливого заводоуправляющего в кризисный момент, Шепелев, осознав, что сам изменить ситуацию не сможет, поступил как знакомая всем птица страус. Он сбежал от проблемы. В 1826 году по личной просьбе возвращается на службу в армию, хотя никакой необходимости в этом не было. Тем самым наносит удар по заводским делам. На четыре года, до 1830, заводы остаются без хозяина.  И это в то время, когда Российская металлургия пытается догнать, убежавших далеко вперед западных конкурентов. Доля России в мировом производстве чугуна резко снизилась. Если в XVIII веке мы занимали первое место в мире, то к 1830 году наш удельный вес составил 12 процентов. Замедлились темпы роста производительности труда.
       А ведь было уже такое в его жизни. Пытался сбежать с войны, да царь-батюшка не отпустил. В конце 1812 года получив звание генерал-лейтенанта и новое назначение, «простудил себе ноги и получил ревматизмы, так что доктор советовал немедленно ехать в Россию на лечение». На свое прошение к царю об увольнении со службы получил отказ и до 2 апреля 1816 года «с ревматизмами» вынужден оставаться в составе действующей армии. Видимо с увеличением ответственности у Дмитрия Дмитриевича обострялось желание от нее уйти, спрятаться в тихом месте.
       Что же, продолжим? Согласитесь, что изучать личности в контексте происходящих событий и общения с другими индивидами, гораздо интереснее. Конечно, проще написать дату рождения, дату смерти и между ними перечень каких-то событий, к которым они причастны. Cамое интересное- это установить причины и мотивацию произошедшего.
       А ведь мы имеем историю, похожую на содержание второй книги Ветхого Завета, которая рассказывает об исходе евреев из Египта. Только у нас Выкса и семья Горностаевых, покинувшая свою малую родину после смерти Ивана Родионовича Баташева.
     Федор Максимович Горностаев уехал в Харьковскую губернию. Там он дослужился до чина надворного советника на месте начальника уездной палаты государственных имуществ.
      Василий Максимович Горностаев. (1795-1856) Хорошо рисовал. Начал трудовую деятельность копиистом в Ардатовском управлении питейного сбора. Затем переехал в Петербург и определился на должность старшего архитекторского помощника В.П.Стасова по восстановлению Екатерининского дворца и Лицея в Царском селе. Там, в местном дворцовом управлении, он трудился до 1829 года, принимая участие в перестройке манежа, оранжерей, Китайской деревни, Баболовского дворца, постройке оранжерей в Александровском парке и ремонте Орловских ворот. Были у Василия Максимовича в это время и самостоятельные работы. Он спроектировал в Царском селе, к сожалению не сохранившиеся, Московские ворота, а так же Детский павильон и дачу Китаевой. Будучи хорошим практиком строителем, он постепенно овладел мастерством профессионального архитектора. В 1831-1839 годах Василий Горностаев, в качестве каменных дел мастера, помогал А.П.Брюллову строить Михайловский театр в столице и Пулковскую обсерваторию, хотя имел уже звание младшего архитектора и входил в Гвардейскую казарменную комиссию. Затем его именуют архитектором и, в качестве такового, он в 1839-1849 годах служил в Петербурге в Гофинтендантской конторе и в Третьей гимназии. Главным образом он занимался ремонтом Екатерингофского и Запасного дворцов, Певческого дома на мойке, мызы Пела на Неве. Из собственных построек В.М.Горностаева известны немногие. Это дом в селе Путилове и два жилых дома в Петербурге на улице Некрасова, 28 и Фурштатской, 37. Оба дома принадлежали самому архитектору.
       Василий Максимович оказался вторым, после старшего брата, и основным человеком, повлиявшим на судьбу самого выдающегося из Горностаевых- Алексея.  В самом начале, в Ардатове, покинув Выксу Алексей жил в доме Василия. Да и работали вместе. Обучил младшего брата рисованию. Оба они были усердны и старательны в выполнении любого дела. Алексей, так же как и старший брат поступил на работу копиистом в Ардатовское управление питейного сбора. В 17 лет он уже стал канцеляристом. Тогда в Российской империи это было низшее должностное лицо в государственных учреждениях. Он занимался подготовкой и оформлением документов, не имея классного чина.  В 1825 году он переехал в Арзамас и работал там в уездном правлении питейного сбора. С этого времени начинается его самостоятельная жизнь. Василий, старший брат, друг и учитель уезжает в Петербург. Следом за ним, через какое-то время, туда же едет и Алексей. Так в столице оказываются трое Горностаевых, Иван, Василий и Алексей.
      Далее в судьбу Алексея вмешивается уже известный нам П.П.Свиньин. Конечно же, не без помощи старшего брата Ивана, имевшего с Павлом Петровичем хорошие отношения. Более того, он много лет сотрудничал в журнале Свиньина «Отечественные записки». Так вот и случилась первая, самостоятельная, большая работа Алексея Горностаева. По предложению П.П.Свиньина в 1826 году, он, как опытный рисовальщик, отправляется в путешествие по России. В 1827 году он посетил Ригу, Митавль, Ревель в 1828 году едет в Карелию. Изучая памятники русской архитектуры, и рисует тихие речки, лесистые холмы и поля с маленькими часовнями, золотыми главами колоколен. Города мелькают один за другим: Петрозаводск, Соловки, Архангельск, Вологда, Кириллов, Тихвин, Кострома, Галич, Киев, Москва, Коломенское, Царицыно, Загорск. Итогом поездки стала книга П.П.Свиньина «Картины России» с гравюрами по рисункам А.М.Горностаева. На этом же материале в 1839 году был составлен и издан прекрасный альбом Картины России.
      В 1829 году по протекции В.П.Стасова Алексей поступил на службу в должности помощника архитектора в Царскосельском дворцовом правлении под руководством А.П. Брюллова. В 1831 году вместе с братом Василием Максимовичем, участвовал в строительстве Михайловского театра. Александр Павлович остался ими очень доволен. Особенно отмечал он его художественный талант. Брюллов добился для юного Горностаева заказа на иллюстрирование альбома Башуцкого «Виды Петербурга». Получив за выполненный заказ немалые деньги, А.М. Горностаев в 1834 году, после того, как был аттестован академией художеств, для завершения художественного образования, уехал на четыре года в Европу. А.П.Брюллов снабдил его рекомендательным письмом к брату, живописцу Карлу Брюллову, жившему в Италии. Между великим живописцем и будущим академиком архитектуры сложились добрые отношения. И в результате в Болонье на свет появился портрет А.М.Горностаева кисти К.Брюллова.  В 1838 году вернулся на Родину.
        Сразу после возвращения Горностаев возобновил свое сотрудничество с А.П.Брюлловым в строительной комиссии по восстановлению пострадавшего в пожаре 17 декабря 1837 года Зимнего дворца. Именно здесь у него появилась возможность преподнести в дар Николаю I некоторые свои работы. Это проект реставрации храма Юпитера в Помпеях, зарисовки видов интерьеров церкви Санта-Мария Маджоре, пантеон с могилой Рафаэля в Риме, обмеры собора в Монреале. Императору очень понравились работы Горностаева и он повелел передать их, как превосходные и образцовые, для копирования в Академию художеств. После этого Академия Художеств, присудила ему звание академика архитектуры.
       С 1843 по 1862 год Алексей Максимович архитектор Министерства внутренних дел, с 1845 по 1847 Капитула российских орденов. С 1849 года и до самой смерти профессор Горностаев преподавал в Академии художеств начертательную геометрию, перспективу и теорию теней. Им были воспитаны ряд известных архитекторов работавших а псевдорусском стиле И.П.Ропет, И.И.Горностаев, В.А.Гартман, И.С.Богомолов, Ф.С.Харламов. Перечень архитектурных работ его так же велик. Только на Валааме им построено девять зданий.
      Уже став академиком, Алексей Максимович женился на Кларе Львовне Женари. Восемь детей появились на свет в результате этого брака. Четыре сына и четыре дочери. Младшие дочери Рахиль и Зоя дожили до 1941 и 1936 годов, что говорит о большой вероятности найти наследников нашего великого земляка- наших современников.
     Умер Алексей Максимович в 1862 году. Похоронен в Свято Троицкой приморской пустыни, мужском монастыре, расположенном на территории поселка Стрельна, ныне в черте города Санкт-Петербурга.
     Горностаевы. По сути, крупный самородок, драгоценный камень- один. Алексей Горностаев. Выращенный временем, семьей и обстоятельствами. Все остальные члены семьи, так же не обделенные талантами, и потомки, даже став академиками, обречены навечно находиться в его тени.  Будь Шепелев умнее и дальновиднее, совсем по-другому нужно было бы писать историю этой семьи. Да и не была бы она такой яркой, создай хозяин на Выксе комфортные условия труда для одаренных братьев. Заводское хозяйство, однозначно, было бы в плюсе. По теории Энгельса, отрицавшего случайность, именно так и должно было бы произойти. Все предпосылки для этого имелись. Но не случилось.
       И уже совершенно не кажется, а приходит уверенность в том, что история многократно повторяется. Подрастили, пригласили, дали поработать, выгнали… Согласитесь, интересный способ зажигать звезды. Вопрос, разгорятся ли?
                                                                                                               В.В.Королев